Публикация 21

Возвращение блудного Акежана

17.01.2008

Антон СОПРАНИН

Акежана Кажегельдина прежде возвращали чуть не каждый год. Последний раз о его возвращении говорили в 2005 году, когда появилась информация о встрече Акежана Кажегельдина и Рахата Алиева, который тогда еще исполнял обязанности посла в Австрии. После этой мнимой встречи (никто не доказал, что она действительно имела место) Рахат Алиев получил назначение вице-министра иностранных дел, то есть, вступил на путь, ведущий к потере статуса президентского зятя и к приговору.

Так что прежде о возвращении Кажегельдина говорили, как только появлялся удобный повод. Таковым поводом, к примеру, стало даже назначение Имангали Тасмагамбетова премьер-министром в 2002 году. Логика возвращения Кажегельдина тогда – уравновесить стремительно матереющего Тасмагамбетова.

Логику аналитики, предсказывающие появление первого политического эмигранта Казахстана, нашли и в освобождении Галымжана Жакиянова. Были помянуты прежние разногласия между политиками, которые, по их мнению, должны были подвигнуть Нурсултана Назарбаева простить своего политического оппонента, отменить решение Верховного суда, пригласить Кажегельдина на родину с тем, чтобы ввергнуть оппозицию из ДВК в хаос борьбы за лидерство между ним и освободившимся Жакияновым. Но, как видим, власть обошлась и без столь рискованных комбинаций.

И вот Акежана Магжановича «возвращают» вновь. Информация в газете «Республика», сопровождаемая якобы существующим в действительности проектом письма лидерам демократических государств, стала своеобразной сенсацией, в которую очень нелегко поверить. Но, в принципе, мы многое из сегодняшних реалий не могли себе представить всего лишь год назад, так что Казахстан вполне способен провернуть и такое чудо. И все же мы не можем позволить себе говорить о грядущих событиях в том смысле, что они могут произойти только постольку, поскольку страна окончательно скатилась к маразму, и в этих условиях возможно все – даже второе пришествие Христа. Потому что любое событие поддается прогнозированию, и у любых, даже самых идиотских поступков власти, найдется своя причина. Остается только найти ее.

Вернется ли эмигрант?

Собственно письмо, которое опубликовала газета «Республика», доказательством возвращения Акежана Кажегельдина не является. Другое дело, что, по словам журналиста, возвращение блудного экс-премьера согласовано в самой «Ак орде». И это обстоятельство заставляет нас внимательно присмотреться к письму.

«К сожалению, в последние годы в Казахстане сложился политический режим, который характеризуется однопартийным парламентом, неограниченным сроком правления президента Назарбаева, государственным контролем над СМИ, запретом на оппозиционную политическую деятельность и акции гражданского протеста...», - эти и другие подобные строки, словно выскочившие из-под пера Сергея Дуванова, или какого иного оппозиционного автора, - главная причина наших сомнений. Запустить такое послание – значит, самим расписаться в том, что все эти годы в стране строилось не демократическое, а несколько иное общество. Другое дело – откликнуться на это послание, и, не дожидаясь давления адресатов (газета пишет, что послание отправится прямиком «посольствам США, Франции, Великобритании, Финляндии, Словении, а также посланнику Европейского Союза в Центральной Азии, Делегации Европейской комиссии в Казахстане и Центру ОБСЕ в Казахстане»), самостоятельно отменить решение суда по Кажегельдину и обратиться к нему с просьбой не держать зла. Такой ход, конечно, принесет Нурсултану Назарбаеву столь нужные демократические очки, однако тут же организует серьезную головную боль правящей верхушке – как же, в стране вновь появится фигура, в свое время рассматриваемая значительной частью общества в качестве альтернативы действующему президенту. И эта фигура наверняка продолжит свою деятельность в прежнем ключе. Что сегодня важнее для Назарбаева: уверенность в собственной несменяемости или демократический имидж страны в глазах как Запада, так и населения Казахстана?

Впрочем, топтаться вокруг проекта письма, которое, может быть, и увидит свет, долго не будем. Потому что, если это письмо и последующая комбинация уже согласованы, одобрены и т.п., причины такого решения мы, вчитывайся, не вчитывайся, не поймем. Кроме того, столь радикальное решение явно принято не из-за того, чтобы поиграть лицом перед Западом – беспрецедентное решение ОБСЕ назначить председателем Казахстан говорит о том, что капиталистам наши демократические ужимки по боку, лишь бы нефть текла. Так что искать здесь малейшие ростки демократизации в стране не стоит – не найдете.

Давайте лучше вспомним, как начиналась вся эта эпопея с Кажегельдиным.

Кампанию по дискредитации экс-премьера возглавили государственная телерадиокомпания «Хабар», финансируемая группой Алиева газета «Новое поколение», теле- и радиокомпании, принадлежащие Р.Алиеву. В дальнейшем к ней присоединились профинансированные из тех же источников газеты «Біз-Мы», «Доживем до понедельника». В этом же направлении работали интернет-сайты «Коготь барса», «Сливки Евразии» и др. Одновременно при активном участии КНБ была проведена «зачистка» информационного пространства от влиятельных медиа-структур, потенциально способных поддержать Кажегельдина на президентских выборах. В июне 1998 года из медиа-бизнеса Казахстана был вытеснен владелец холдинга «Караван» Б. Гиллер. Политику одноименных газеты и радио, а так же телеканала КТК стало определять «умеренное» крыло семьи президента Назарбаева - Тимур Кулибаев, под контроль которого они перешли. 23 июня 1998 года КНБ Казахстана организовало силовую операцию против оппозиционной газеты на казахском языке «Dat». Было арестовано имущество редакции, изъяты служебные материалы, личные вещи сотрудников.

3 ноября был арестован тираж газеты с образцом подписного листа для сбора подписей в поддержку Кажегельдина. В дальнейшем газету приговорили к крупному штрафу и закрыли. В августе 1998 года по распоряжению КНБ Казахстана развернулась кампания давления на региональные оппозиционные издания на русском языке: газеты «Провинция» (Актюбинск), «Центр» (Астана), «Сорока» (Караганда), «Регион-Юг» (Тараз), «Проспект» (Павлодар), «Ярмарка» (Алматы).

В ходе этой информационной войны, с Акежаном Кажегельдиным неоднократно встречался Рахат Алиев по поручению Назарбаева. На встречах зять гарантировал безопасность экс-премьеру, если тот прекратит политическую деятельность.

Впрочем, об этих встречах мы знаем только со слов самого Кажегельдина, который в те годы успешно эксплуатировал имидж «самого опасного для Назарбаева политика». Парадоксально, но помощь в выстраивании этого образа ему оказывал (вольно или невольно) сам Рахат Алиев, пуская послушных силовиков по следам членов РНПК и сторонников Кажегельдина.

Однако вскоре лобовые атаки власти сменились более тонкими, изощренными приемами. Властям удалось в короткий срок раздробить исполнительный комитет РНПК, расколоть Форум демократических сил, вбросить в общество массу свидетельств нечистоплотности соратников экс-премьера и на долгие годы прилепить оппозиции ярлык неудачников, расхитителей партийной собственности, амбициозных политиков, тянущих одеяло на себя.

Словом, в эмиграции Кажегельдина огромную роль сыграл Алиев, ныне и сам эмигрант. Конечно, работал он по поручению президента, но, может статься, глава государства отдавал такие поручения, ориентируясь на донесения Рахата Алиева, который, естественно, сделал все возможное, чтобы устранить претендента на президентский пост – то есть, своего соперника, поскольку Алиев, как мы знаем, именно себя рассматривал в качестве преемника Назарбаева. 

В этом направлении искать причины возможного возвращения Кажегельдина – занятие гораздо более перспективное, нежели пытаться обосновать необъяснимые решения стандартно: в смысле, попытками власти рядиться в демократическую униформу.

Президент может вернуть Кажегельдина только для того, чтобы показать стране всю степень бесполезности и даже вреда своего экс-зятя. Типа, из-за этого преступника мы преследовали такого достойного человека, как Акежан Магжанович, между прочим, когда-то лауреата ордена «Парасат».

Зачем он вернется?

Приблизительно обозначив причину (которая, впрочем, не перекрывает потенциального вреда, который может нанести системе возвращение Кажегельдина), давайте попробуем представить себе, чем займется помилованный.

Самый логичный ход, если эта акция возвращения санкционирована самим Н. Назарбаевым, - назначение Акежана Кажегельдина премьер-министром. Таким решением убивается целое стадо зайцев:

- демократическая личина режима станет гораздо убедительнее той маски, которой он прикрывается сейчас;

- при общем кадровом кризисе режима такой рекрутинговый ход решит проблему найма внятного и обладающего доверием общества профессионала, который, возможно, и исправит как-то сложившуюся ситуацию;

- а если не справится, тоже неплохо – наконец-то общество убедится, что оппозиционеры не только политические неудачники, но и попросту профаны, которых вовремя погнали из власти.

Но есть еще один самый жирный заяц, и необходимость содрать с него шкурку может и быть той самой искомой причиной и одновременно планом действий Акежана Кажегельдина на посту премьера.

Элита зажралась! Это уже привело страну к пропасти, и что-то с этим поделать, умерить аппетиты своих подельников, президент не может. Не он ли говорил «Обогащайтесь!»? Как он может сейчас сказать – поделитесь с народом, или вообще остановить грабительское расхищение ресурсов страны? Нурсултан Назарбаев, по многим признакам, стал настолько зависим от элиты, что, поставив себя против нее, начав войну, он автоматически подпишет себе приговор. А головы рубить уже пора, причем максимально жестко. Карим Масимов, который в прошлом году имел уникальный шанс посадить на скамью подсудимых Тасмагамбетова, с этой задачей не справился. Он тоже – плоть от плоти этой нашей элиты, и пойти против нее не может. Тогда никакой президент не защитит.

Назначение Акежана Кажегельдина премьер-министром и выданный ему карт-бланш на расправу с элитой – единственный шанс Назарбаева прекратить в стране коррупционную вакханалию и остановить сползание Казахстана в глубокую пропасть государственного кризиса. У Кажегельдина есть с кем посчитаться, он оказался в стороне от лихих дел, в которых по уши замазан весь казахстанский истеблишмент, общих бизнесов у него нет ни с одной клановой группировкой. Осталось взять топор в руки и снести с десяток голов.

И если и есть дело, ради которого могла быть затеяна такая сложная и опасная для режима комбинация, то это – именно то самое дело.

Такие вот соображения…

Публикация 20

Культ-тур

14.01.2008

Антон СОПРАНИН

Как бы ни было лестно думать человеку, пережившему ужасы (и, конечно же, блага) советской действительности с ее разной величины культами вождей партии, однако эта штука изобретена не кремлевскими мудрецами. Культ личности как государственно-социальное явление известен и практиковался еще с античных времен. Вот почему в ХХ веке это явление казалось диким варварством и в то же время в разной степени присутствовало во многих государствах мира, так что не стоит считать СССР каким-то исключением из общей канвы развития планеты. Другое дело, что в Союзе античное варварство граничило с высокой образованностью всего населения и высоким научным уровнем государства, это-то и казалось диким Западу, который, кстати, и сам грешил малыми формами культа личности.

Словом, Иосифу Сталину и Адольфу Гитлеру, двум «культовым» фигурам ХХ века, совсем не одиноко в компании их ранних предшественников. Давайте вспоминать. 

Культы римских императоров

Пусть ученые чешут в затылках, размышляя, можно ли считать культ римского императора религией в естественном понимании этого слова, или это скорее был вариант политической идеологии, а нам с вами хватит одного: абсолютно точно, что императорский культ был единственным, официально насаждавшимся сверху, обязательным для всех подданных империи. И, кроме того, культ имел ярко выраженный репрессивный характер. Фильм «Гладиатор» Ридли Скотта вполне в голливудском пафосном духе отражает перегибы этого культа – во главе империи оказался явный шизоид, наверняка убивший папашу ради трона, и никто с этим ничего не может поделать. Злобный щенок расправляется с инакомыслием быстрее, чем оно успевает набрать обороты.

Впрочем, Голливуд, конечно, не является даже близко хранилищем исторических знаний, поэтому обратимся к официальным хроникам.

Большие войны III-II вв. до н.э., которые вел Рим, привели к росту общественной значимости полководцев. Одним из первых объектов культа стал Сципион Африканский, вокруг которого ходили легенды, аналогичные легенде об Александре Македонском. Сципиона считали сыном Юпитера, а сам он уединялся в храме, внушая людям мысль о своем божественном происхождении.

Новатором культа императоров считается диктатор Сулла. Проходимец и развратник (известно, что Сулла не гнушался и «греческой забавой», то есть гомосексуализмом, считавшимся позорным в просвещенном Риме) именовал себя любимцем Венеры-Прародительницы (Venus Genetrix), бывшей также богиней удачи и счастья. Сулла получил прозвище Феликс (Felix  - Счастливый). «Счастливость» Суллы вызывала в древнеримском обществе представление об особом покровительстве богов.

Элементы культа героя (в том числе и ассоциации с Александром Великим) активно использовал Помпей. Однако он и его предшественники и в подметки не годились двум императорам – Цезарю и Августу.

Культ Цезаря включал в себя героическое и даже мессианское (мессия – спаситель) начало. По семейному преданию, естественно, широко известному в древнеримских массах, Цезарь был потомком богов и героев-основателей Рима – Венеры, Энея (греческий герой, защитник Трои, бежавший после ее падения и основавший Рим, сын Венеры-Афродиты), Ромула. Цезарь обладал огромной популярностью среди граждан Вечного города, в армии, среди своего окружения. Казалось бы, что плохого, тем более что уважали его за реальное полководческое мастерство и умение управлять империей? Перегибы были и здесь – например, формальное обожествление Цезаря, идущее как «сверху», так и «снизу». Древнеримские историки говорят о жертвоприношениях в его честь во всех храмах и святилищах, о посвящении Цезарю жертвенников и изваяний рядом с богами, о надписях на храмах.

Новыми красками культ Цезаря заиграл после его смерти под ножами предателей. Особую роль в перемене настроений римлян, которые только вчера молчаливо или, наоборот, громогласно одобряли убийство, сыграло завещание Цезаря, согласно которому он раздавал все свое богатство гражданам Рима. Римские граждане в порыве раскаяния казнили убийц Цезаря, а в его честь чего только не понастроили и не поназвали. В том числе и официальный титул римских императоров стал включать в себя слово «цезарь» в память о погибшем императоре. Культ Цезаря был превращен Августом в государственную религию. Черта под созданием этой последней была подведена в январе 42 г. Цезарь был обожествлен, теперь уже со всеми необходимыми атрибутами культа, вводилась присяга его «делу». Император Август Октавиан стал сыном государственного бога. И стал возводить также культ в честь себя.

В восточных провинциях Рима культ Августа распространился довольно быстро, принимая традиционные местные формы. Египет почитал его как сына Ра, в Сирии – стал несколько видоизмененным культом Селевкидо, а жители греческого Пергама учредили храм Августа. Аналогичные сооружения появились в Никомедии, Анкире и Галатии. Несоблюдение культа Августа приравнивается к религиозному преступлению и карается по всей строгости тогдашнего древнеримского закона.

Гай Калигула, известный в нашей стране по одноименной картине Тинто Брасса, пытался создать культ императора в чистом виде, исключив государственную составляющую и поставив на ее место свою собственную персону. Короче говоря, идея принцепса, которая превращала всех подданных императора в его рабов. Естественно, Калигулу зарезали – демократия в действии.

Культы Средневековья и ХХ века

Казалось бы, с кончиной античного мира и языческих нравов сам собой должен был исчезнуть и культ личности как противоречащий заветам Господа и библейским заповедям – не сотвори себе кумира, не почитай человеческое выше божественного. Однако о существовании его в малых формах свидетельствует многое из культурного наследия раннего и позднего средневековья. К примеру, известная каждому сказка Ганса Христиана Андерсена «Новый наряд короля» посвящена обличению лизоблюдства, которое бытовало в окружении монархов и сюзеренов Европы. Льстецы, опасающиеся за свое место, лгут королю, потворствуя мошенникам, грабящим его величество. В итоге голый король становится посмешищем черни, то есть произошло наказание глупости и ограниченности типичного адепта культа личности. Детишкам же не напишешь, что этого короля зарезали на главной площади как сошедшего с ума мелкого деспота, задумавшего заняться эксгибиционизмом и опозорившего честь королевской власти. Любой тогдашний суд оправдал бы убийц.

Словом, если и прямых свидетельств существования культа личности в период всеобъемлющего диктата религиозного культа нет (по крайней мере, существующим знаниям не давалась оценка с точки зрения наличия либо отсутствия в практике управления государствами культов личности сюзеренов), произведения искусства, народный фольклор высмеивают как раз недостатки практики применения культа личности – возвеличивание отдельной личности средствами пропаганды, в произведениях культуры, государственных документах, законах.

Как правило, строители нового культа начинают с того, что выдвигают утверждение, будто некая личность, по физическим показателям нисколько не отличающаяся от других граждан, имеет, тем не менее, многочисленные таланты во всех областях человеческой деятельности. Личности, чей культ насаждается, приписывается необычайная мудрость, способность предвидеть будущее, выбрать единственно правильное решение, определяющее процветание народа и др. В государственных учреждениях развешивают портреты данного вождя, на демонстрациях люди носят его изображения, возводятся памятники. В дополнение к чертам выдающегося государственного деятеля личности начинают приписывать замечательные человеческие качества: доброту, любовь к детям и животным, простоту в общении, скромность, способность снизойти к нуждам и чаяньям простого человека.

Вы заметили, что все эти характеристики имеют отношение уже к реалиям ХХ века? Собственно, и термин «культ личности» наиболее часто применяется именно к персонажам мировой истории прошлого века, создавая ложное представление, будто культ личности изобрели и практиковали только персонажи мировой истории прошлого столетия.

Однако именно их усилиями культу личности дана более-менее научная оценка, которая, впрочем, не позволяет однозначно судить о существовании культа личности в современных государствах по совпадающим признакам. Например, оппозиция России твердит, что в настоящий момент мы являемся свидетелями существования культа личности Путина, однако серьезные люди не взялись бы однозначно утверждать это.

Поэтому давайте просто вспомним, как это было при культах различных личностей в прошлом веке.

Культ личности Сталина был разоблачен в 1956 году в докладе Н. С. Хрущёва, который так и назывался: «О культе личности и его последствиях». ЦК КПСС вынес также в комплект к докладу Хрущева Постановление «О преодолении культа личности и его последствий».

Итак, в чем же проявлялся культ личности Сталина (существование которого пытаются сегодня оспорить отдельные фанаты Великого вождя)?

Кремлевские мудрецы создали вокруг Сталина полубожественный ореол непогрешимого «великого вождя и учителя». Именем Сталина и его ближайших соратников назывались города, заводы, колхозы, военная техника. Его имя упоминалось в одном ряду с Марксом, Энгельсом, Лениным. Имя Сталина упоминается и в гимне СССР, сочиненном Сергеем Михалковым в 1944 году:

Сквозь грозы сияло нам солнце свободы,
И Ленин великий нам путь озарил,
Нас вырастил Сталин — на верность народу,
На труд и на подвиги нас вдохновил!

Гимн в 1955–1977 после разоблачения культа исполнялся без слов из-за этого упоминания.

Литературный образ Сталина становится центральным для произведений пролетарской культуры в 1930-х–1950-х годах. Литературные произведения о вожде регулярно строчили и тиражировали не только советские ремесленники, но и зарубежные писатели-коммунисты, тема Сталина постоянно присутствовала в советской живописи и скульптуре этого периода, включая монументальное искусство (прижизненные памятники Сталину, как и Ленину, устанавливались массово в большинстве городов СССР, а после победы во Второй мировой – и Восточной Европы). Именем Сталина прижизненно было названо огромное количество объектов, в том числе населённых пунктов, опять же, после 1945 года имя Сталин появилось во всех государствах Восточной Европы; причём в ГДР и Венгрии Сталинштадт и Сталинварош, соответственно, выстроили фактически с нуля в честь вождя.

Хрущёв в своём докладе на XX съезде утверждал, что Сталин всячески поощрял свой культ, в пример приводя якобы отредактированную, лично Сталиным подготовленную к печати собственную биографию, куда Великий вождь вписал целые страницы, называя себя вождём народов, великим полководцем, высочайшим теоретиком марксизма, гениальным учёным и т. д.  

Несмотря на утверждения, что Сталин периодически пресекал попытки возвеличить свою личность, культ поклонения вождю довел страну до полного маразма – началась мифологизация пространства, причем началась она с переписывания прошлого. Основополагающую роль в создании новой мифологической картины советской истории сыграл созданный частью лично Сталиным, частью под его редакцией «Краткий курс истории ВКП (б)». Среди мифов, созданных «Кратким курсом», особенно живучей оказалась абсолютно ни на чем не основанная сказка о «победе под Псковом и Нарвой», якобы одержанной «молодой Красной Армией» 23 февраля 1918 года.

Также при Сталине, особенно в последнее десятилетие его правления, активно переписывалась и более далёкая история, например, история правления Ивана Грозного и Петра Первого.

Несмотря на всю положительность образа Леонида Ильича Брежнева в памяти бывших советских людей, его правление также было отмечено «малым» культом личности (в сравнении с «большим» культом Сталина).

Культ Брежнева характеризуется обильными славословиями в адрес «дорогого Леонида Ильича». Этот культ был поддержан в основном номенклатурой и включал в себя вручение Брежневу непомерного количества правительственных наград (в их числе орден «Победа», которым первоначально награждали великих полководцев Второй мировой войны, и пять медалей «Золотая Звезда Героя»), а также публичное провозглашение его великим ленинцем. По всей стране в обязательном порядке развешивались портреты Брежнева и транспаранты с его изображениями и крылатыми выражениями из зачитанных им речей («Ленинским курсом к коммунизму», «Экономика должна быть экономной» и т. д.). В последние годы жизни под авторством Брежнева была опубликована трилогия  («Малая Земля», «Возрождение» и «Целина»), за которую генсек получил Ленинскую премию, несмотря на то что авторами являлись на самом деле разные писатели.

Смикшировал этот неуклюжий культ возвеличивания Брежнева вал анекдотов, в которых высмеивались претензии Леонида Ильича на величие.

Культ личности Мао Цзэдуна привел к тому, что даже на заре его занятия по изучению теории коммунизма базировались, главным образом, на трудах Мао. В 1943 году начинают выходить газеты с портретом Мао на передовице, а вскоре «идеи Мао Цзэдуна» становятся официальной программой Компартии Китая. После победы коммунистов в гражданской войне плакаты, портреты, а позже и статуи Мао появляются на площадях городов, в кабинетах и даже в квартирах граждан.

До гротескных размеров культ Мао доводится в середине 1960-х, когда был впервые опубликован цитатник Мао – «Красная книжечка», ставшая впоследствии библией культурной революции. В пропагандистских сочинениях, громких лозунгах и пламенных речах культ вождя форсировался до абсурда. Толпы молодых людей доводят себя до истерии, выкрикивая здравицы «красному солнцу наших сердец» – «мудрейшему председателю Мао». Мао Цзэдун становится фигурой, на которой в Китае сосредотачивается практически всё. Однако постепенно ажиотаж вокруг фигуры Мао утихает. Его чествуют, в городах всё ещё стоят памятники Мао, его изображение украшает китайские банкноты, значки и наклейки, но все же новое прочтение культа Мао рядовыми гражданами Китая свело почитание его к одному из элементов поп-культуры тех лет, предав забвению практику сознательного преклонения перед мышлением и деяниями вождя.

Бди, читатель!

Таким образом, культ личности сохранился и до наших дней, наиболее ярко проявившись, например, во времена правления Сапармурада Ниязова в Туркмении. Из известных истории практик применения культа личности необходимо вынести один полезный урок – культ личности в любой его ипостаси имеет отношение все же больше к религии, поскольку наделяет объект этого культа сверхчеловеческими способностями, недоступными большинству смертных. Ленин видел на много лет вперед, Сталин был вождем всех народов и великими учителем, Брежнев был медалистом, Мао – великим кормчим и т.д. и т.п. Таким образом, по этому признаку мы можем определить, имеет ли то или иное государство склонность к насаждению культа личности.

Надо всего лишь внимательно вчитаться в официальную прессу и найти там слова «единственный», «незаменимый», «руководитель от Бога» и т.д. Удачи вам с разоблачениями культов!

 

Публикация 19

Кадровая политика Казахстана: от Сталина до Брежнева

09.01.2008

Антон СОПРАНИН

Кадровая политика, с точки зрения бизнеса, является важной характеристикой любой компании, более того, кадровая политика – это основная составляющая внешнего имиджа любой фирмы. Государство от субъекта бизнеса отличается разве что охватом деятельности и количеством используемых ресурсов, однако принципы управления, в общем-то, схожи. 

Кадровая политика составляется с учетом потребностей компании, ее корпоративной культуры, установленных традиций. Невозможно начать собственное дело, не сформулировав свои кадровые ценности, вытекающие из потребностей рынка, требований конкурентоспособности, определенной стратегии развития.

Точно так же и государственная кадровая политика формируется из конкретных потребностей государства, связанных с задачами его развития, управленческих традиций и ожиданий общества.

Формирование государственного аппарата, соответственно, является не только наиболее важным аспектом госуправления, но и показателем того, куда, собственно, движется страна, какие цели поставило перед собой руководство и соответствуют ли они декларируемому пути. Этот аспект – государственный рекрутинг – является, по сути, уникальным кодом идентификации государства. Демократические руководители стремятся набирать профессионалов, которые без особых напрягов для нанимателя претворят в жизнь те обещания, благодаря которым означенные руководители получают в свои руки бразды правления. Цель авторитарных руководителей, стремящихся к диктатуре, тирании, недемократическому строю, – укрепить свою власть, поэтому рекрутинг топ-менеджеров осуществляется иначе, с расчетом на личную преданность или полную бестолковость и неспособность перехватить рычаги управления страной. Как правило, профессионалов в такой команде встретишь редко, поскольку эти качества не берутся в расчет при найме.

В настоящее время государственная кадровая политика, вне зависимости от личности того, кто ее осуществляет, тиран или демократ, не является чем-то уникальным – существует несколько шаблонов или, так скажем, «школ государственного управления», и различные стили, существующие сегодня, несут в себе черты этих самых «школ».

Казахстан – государство, образовавшееся в результате раскола Советского Союза, «школа государственного управления» которого и была перенята нашим руководством. Отсюда и многие аспекты, на которые указывают наблюдатели, говоря, что это уже было в СССР. Естественно, было! Изначально Казахстан, на словах декларируя приверженность демократическим ценностям, формировал кадровую политику по лекалам Союза и советских руководителей. Следовательно, никогда наша республика и не собиралась вставать на демократические рельсы, что особенно остро мы осознали в прошлом году. Как может страна устанавливать демократию, пользуясь кадровой схемой тоталитарного общества, каким был Советский Союз? А именно эти схемы и были в ходу.

Поэтому сегодня страна пребывает в смутном состоянии дежавю – вроде бы проходили мы уже такое, но как и когда? Казахстан, по нашим прикидкам, за полтора десятилетия строительства государства поменял два советских шаблона кадровой политики, оставленных Сталиным и Брежневым. В них мы и попробуем разобраться.

Казахстанский сталинизм

Мы не претендуем на знание исторических деталей, подробностей правления Сталина в Советском Союзе, однако превосходно осведомлены о главных чертах сталинской кадровой политики. Один из основополагающих ее принципов – незаменимых людей не бывает. На деле – это ловкая подмена понятий, поскольку в любом деле найдутся люди, которых никем не заменишь без потери качества результата. Однако этот принцип предопределил сталинские кадровые чистки, которые проводились словно бы в оправдание его. На самом деле Сталин ловко разводил и сводил группировки, примыкая то к одной, то к другой, а когда эти интриги возвели его на пост руководителя Союза, Сталин начал формировать свою команду, избавляясь от прошлых своих союзников, могущих послужить угрозой авторитету и личной власти вождя. Сталин прибегал к репрессиям, как к самому легкому способу обновления своей команды, неоднократно менял кадровый состав руководства государством, и эта легкость, с которой вождь избавлялся от людей, представлявших хотя бы тень угрозы его власти, привела к тому, что сталинская кадровая политика стала эталоном, традицией государственного управления на всем постсоветском пространстве.

В 2001 году Нурсултан Назарбаев завершил формирование собственной кадровой политики, строившейся по сталинским лекалам. Целью ее являлось построение такой системы личной власти, при которой правлению первого президента ничего не будет угрожать – вроде какого-нибудь слишком проворного и авторитетного в народе человека из команды, который вдруг решит, что он может лучше рулить Казахстаном.  

Результатом такой кадровой политики стали реалии, при которых единственным авторитетным политиком в стране остался Нурсултан Назарбаев. Наверняка и в годы правления Сталина считалось, что альтернативы вождю нет, а перегибы – из-за нерадивых его соратников, которых он, кстати, постоянно зачищал.

Итак, незадолго до ноябрьского кризиса 2001 года Нурсултан Назарбаев сформировал свою команду. Последнее назначение в рамках этой задачи – отданный Марату Тажину пост начальника Комитета национальной безопасности. М. Тажин является сейчас, являлся и тогда ярким представителем того типа чиновников, которые имеют ценность в президентском аппарате, и это отнюдь не интеллектуальные данные, каковые, впрочем, у М. Тажина не подкачали. Однако при наличии незаурядных умственных способностей, Тажин непрезентабелен, не стремится на первые роли, более того, старается оставаться в тени, избегает общения с прессой. Именно такой тип чиновника наиболее ценен в команде президента, ревнующего к успехам своих подчиненных.

Назначение М. Тажина на пост руководителя КНБ позволило тогда предполагать, причем со стопроцентным попаданием, что Комитет резко вырастет в статусе, превратившись из сугубо функциональной и второстепенной госструктуры в серьезный политический орган. Так оно и вышло.  

Впрочем, не грядущий рост КНБ привлек внимание к этому назначению, а общая кадровая картина, в которую добавился последний фрагмент. Все встало на свои места: хорошо проверенными и преданными лично Н. Назарбаеву кадрами, такими как М. Тажин, А. Сарсенбаев, А. Мусаев, президент наполнил все силовые структуры. Министерство обороны с октября 1999 года возглавил Сат Токпакбаев, выходец из КГБ, прежде возглавлявший службу охраны президента. Другой кэгэбэшник Альнур Мусаев, бывший до последнего времени председателем КНБ, возглавил службу охраны президента. И, наоборот, социолог и кадровый аппаратчик М. Тажин пришел руководить комитетом. Журналист А. Сарсенбаев стал секретарем Совета безопасности. Бывший Генеральный прокурор Жармахан Туякбай в декабре 1999 года стал спикером мажилиса, а его место в декабре 2000 года занял близкий семье президента Рашид Тусупбеков. Другой близкий главе государства человек, Кайрат Мами, возглавил Верховный суд (с сентября 2000 года).  

Таким образом, назначение М. Тажина завершило этот кадровый цикл, сконструировав такой государственный аппарат, при котором власть Нурсултана Назарбаева наиболее приблизилась к понятию абсолюта. А потом случился ноябрь 2001 года, и стройная, на первый взгляд, схема показала, что она нежизнеспособна в условиях даже частичного безнаказанного свободомыслия. Она конструировалась для реалий победившего коммунизма, который, согласно народной присказке, есть советская власть плюс электрификация всей колючей проволоки. Соответственно, при серьезном сбое (ноябрь 2001 года – рождение ДВК) схема заглючила. Потребовались реформы.

Казахстанский застой

Брежневская эпоха в памяти большинства советских людей осталась временем светлым, доходным, спокойным. Внешнеполитическая оттепель, отход во внутренней политике от сумасбродств «кукурузника» Хрущева, достаток в домах и магазинах – вот чем характеризуется застой. Однако это же самое время характеризуется и другими событиями – подавление танками Пражской весны, ввод войск в Афганистан, ссылка академика Сахарова в Грозный и, конечно, брежневские четыре звезды Героя Советского Союза и звезда Героя Социалистического труда как квинтэссенция всех наград «дорогого Леонида Ильича».

То есть эпоха застоя была не «жизнью обетованной» все-таки, а пиком тоталитарного маразма, пытавшегося рядиться в демократические одежды и читать по бумажке высокопарные речи. Скромные реформы 1965 года были смяты разросшейся номенклатурой, началась борьба за блага и привилегии, разложившая, в конце концов, советское общество до полного непотребства.

Брежнев, умерший на своем посту в 76 лет, положил начало геронтократическому периоду в истории Кремля – зримому свидетельству вырождения коммунистической власти. В кадровой политике намечается грубый перегиб от профессионализма (который все же являлся обязательным или желательным при Сталине) в сторону восточного феодализма с его византийскими интригами и беспримерным славословием вождя, падкого до блестящих бирюлек. В обиход вводятся цитаты-слоганы из выступлений Брежнева – «Экономика должна быть экономной» и т.д. Именно в эпоху Брежнева люди четко осознали разницу между истиной и официальной правдой, а расхождения этих двух понятий стали ну просто вызывающими. Со смертью Брежнева эти его «новшества» с двойной правдой не завершились, а получили новое развитие. Так, однажды во время очередных выборов в Верховный Совет палата в Центральной клинической больнице, где находился тогдашний Генсек СССР Константин Черненко, была закамуфлирована под избирательный участок. Кремлевские креаторы решили, что советскому народу и всему миру необходимо предъявить жизнедеятельного лидера великой державы. Для чего и был снят ролик о том, как выполняет свой гражданский долг, зайдя на один из избирательных участков Москвы, Генеральный секретарь, который в этот момент едва держался на ногах.

После ноября 2001 года Казахстан вступил в свою «брежневскую эпоху», и к концу 2007 года идентичность стала почти полной – нам не хватает только Пражской весны и Афганистана (его может заменить Ирак?). Зато непрофессионализма, борьбы за привилегии, коррупции и славословия – хоть отбавляй. А еще у нас есть пост председателя в ОБСЕ, и периодически всплывают на свет идеи о Нобелевской премии для нашего миротворца. Сложно представить, что же такое будет в стране, если вожделенная «нобелевка» все же найдет своего адресата на левом берегу Ишима, однако наверняка будут звучать славословия не хуже этого вот образчика:

«Какие же составляющими этого успеха?
Прежде всего мудрый выбор казахстанцев, когда в 1991 году, в этот трудный переломный момент нашей истории, в едином порыве избрали первым Президентом страны действительно лидера от Бога Нурсултана Назарбаева… Третье – стратегическое видение и выдающийся созидательный талант Главы нашего государства и его какая-то удивительная способность добиваться намеченных целей. Зачастую, когда наш Президент выступает с какими-то новыми инициативами, мало кто верит в их реализацию. Так было и в этом случае. Но сегодня мы вместе радуемся этому впечатляющему успеху.
Четвертое – мудрое и мужественное решение Президента Назарбаева отказаться от ядерного оружия и уничтожить его инфраструктуру. Именно это решение открыло Казахстан для мира и открыло тогда мир для нас.
Пятое – это выбранный Президентом путь развития нашей страны с опережающими экономическими реформами, последовательно подкрепляемыми политическими преобразованиями.
…Поэтому сегодня я хотел бы поздравить прежде всего нашего первого Президента Нурсултана Абишевича Назарбаева, автора этой выдающейся победы, отца-основателя современного Казахстана, лидера подлинно мирового масштаба. Именно этот человек все годы независимости без левых и правых, без колебаний и потрясений решительно и последовательно вел страну к нынешним высотам...» (Из выступления государственного секретаря РК К. Саудабаева на специальной пресс-конференции по поводу председательства Казахстана в ОБСЕ в 2010 году).

Таким образом Казахстан, возможно, не желая того, воспроизвел два ключевых этапа кадровой политики Советского Союза, причем в той последовательности, в которой эти этапы вошли в историю. Попытка воспроизвести сталинскую кадровую модель столкнулась с нежизнеспособностью этой системы в условиях демократического государства, а внесение правок в эту модель привело нас к практически полной аналогии с брежневским Союзом.

Не хотелось бы делать далеко идущих выводов, однако тенденция очевидна. И что дальше – казахстанская перестройка?

Публикация 18

Семь

29.12.2007

Антон СОПРАНИН

Казахстанская политическая действительность увлекательнее известного триллера

Оглядываясь на год уходящий, можно припомнить несколько больше событий, нежели выведенные нами в заголовок семь. Однако именно эти семь событий стали ингредиентами основного блюда, которое обсуждали весь год на казахстанских «кухнях», – политического процесса в нашей республике.

Какой в итоге получился продукт? Как видим, ОБСЕ вполне способно такое переварить. Ну а мы, те, которые варятся в одном котле с этим блюдом? Для нас оставили «кухни», так давайте обсуждать!

Конституционные реформы

Первое место

Этот мистический процесс, названный «конституционными реформами» и даже «смелым прорывом Казахстана к демократии», самым сверхъестественным способом связан с числом 18, которое можно трансформировать в 9, а девятка согласно нумерологии является символом завершения, окончания какого-то периода. Год 2007 при суммировании цифр, составляющих это число, также является девяткой, то есть завершающим некий цикл годом.

Итак, 18 мая парламент во втором чтении (за 18 минут) принял поправки к Конституции, в числе которых оказалась и та, которая дает право первому президенту неограниченное количество раз выставлять свою кандидатуру на выборах. 18 августа состоялись выборы, поставившие жирную точку в окончании «конституционных реформ». Получается, Казахстан совершил тот самый пресловутый «смелый прорыв»?

Итог:

Начатые в прошлом, 2006, году конституционные реформы, изначально декларируемые как «наша попытка честно получить пост председателя в ОБСЕ», привели к созданию прецедента пожизненного президентства (который обязательно захотят повторить последователи); к возникновению однопартийного парламента, к которому в срочном порядке пришлось «подверстывать» Общественную палату, изображающую плюрализм; к получению поста председателя ОБСЕ. Последнее несколько выбивается из общего негативного ряда, однако вполне вписывается в канву традиционной политики ОБСЕ, кроме того, не будем забывать и о давлении России на организацию.

Последствия:

А какие тут могут быть последствия? В настоящий момент, по всем признакам, мы находимся в аналоге брежневской эпохи, вот только застой уже сменился коллапсом в экономике, а в 2008 году экономисты предрекают некие туманные апокалипсисы. Следовательно, если мы повторяем траекторию заката советской империи, то продолжение способен представить себе любой из бывших советских граждан. Гораздо интереснее было бы представить себе, что будут писать газеты завтрашнего дня, зависимые от центра, когда мы все-таки в полной мере ощутим последствия того кризиса, которого как бы нет, или «импорта инфляции», как уже пытается оправдаться правительство, рисуя очередной миф (наподобие экспорта «оранжевой» революции). В Интернете, кстати, можно найти электронные архивы советских газет того времени – в качестве образцов правильных текстов сгодится.

Рахатгейт

Второе место

Вторая, по нашему мнению, «разводка» года, которая может быть реальной семейной сценой, а может быть, и ее имитированием. В любом случае развитие событий Рахатгейта удивительным образом совпало с развитием процесса «Конституционные реформы», что к случайности не отнесешь. Оба процесса в этом году получили свое начало в феврале. 2 числа общество обсуждало подробности «бандитского нападения на Нурбанк», а 21 февраля уже были возбуждены первые уголовные дела этого удивительного процесса – и оба на А. Гилимова («Злоупотребление полномочиями» и «Подстрекательство к злоупотреблению полномочиями»). Накануне, 20 февраля, состоялось первое заседание рабочей группы под руководством Н. Назарбаева, которая принялась готовить пакет изменений в Конституцию, а 23 февраля Р. Мадинов в эфире телеканала «Хабар» озвучил идею о том, что «первому президенту надо дать возможность править, сколько он пожелает».

Май оказался периодом острой фазы Рахатгейта – после Дня Победы начались аресты людей Алиева, а уже 22 мая возбуждается уголовное дело на Р. Алиева. Именно в этот день президент подписывает указ о внесении изменений в Конституцию Республики Казахстан. Через четыре дня выходит указ об освобождении Алиева от занимаемой должности посла Казахстана в Австрии и ОБСЕ. Кроме того, ранее, 18 мая, в день принятия исторических поправок, Рахат Алиев выступает в газете «Караван» с репликой «Пора сказать правду». Словом, причудливые переплетения чисто уголовного процесса с чисто демократическими преобразованиями (которые оказались не такими уж и демократическими) словно сигнализируют, что в этом деле не все так, как нам пытаются изобразить.

Итог:

Рахатгейт вскрыл довольно болезненные нарывы на теле нашего общества – вначале скальпель прошелся по опухоли «экономики зятьев-племянников», над которой, кстати, лезвию хирурга еще работать и работать, потом, двигаясь обратно, он обнажил скрытые язвы государственного управления – систему серых и черных кардиналов, сращивание власти, крупного бизнеса и организованной преступности и т.д.

Последствия:

Ими можно считать резко возросшую «политическую образованность» общества, которая может стать залогом роста гражданского самосознания, толчком к переоценке ценностей и, соответственно, крушением ряда иллюзий (например, о зыбкости любой «крыши» в нашем государстве, если даже такая «крыша», как у Р. Алиева, его подвела). Кроме того, не будем исключать и возможности совершенно неожиданного исхода дела, которое далеко не закончено. Даже в судебном исполнении.

Имангалигейт

Третье место 

Главный «пшик» года, иначе и не охарактеризуешь. Начавшись как естественное продолжение Рахатгейта (естественное – в канве традиционной практики президента в случае внутриэлитного конфликта раздавать всем «сестрам по серьгам», то есть в данном случае Р. Алиеву и И. Тасмагамбетову), он очень быстро скатился к фарсу, который, даже не добравшись до финала, благополучно издох где-то под стенами министерства по ЧС. Акция по спасению природоохранной зоны алматинского горного массива, в которую президент включил и премьер-министра с группой ответственных чиновников, завершилась… ничем. Развитие событий диктовало иную концовку: посольский пост в далекой Америке нынешнему градоначальнику Алматы, или уход его, в случае отказа от почетной дипссылки, в оппозиционные нестройные ряды, которые разминались, готовые потесниться. Указ сменился выговором, а кресло потерял бывший аким южной столицы Виктор Храпунов. Вы можете себе представить, что для такого достижения мог потребоваться целый правительственный десант? Значит – промашка вышла. Либо объект оказался не по зубам, либо в последний момент сценарий был переигран. Причины? Мы не знаем.

Итог:

Пока что главный фигурант этого процесса на коне, точнее, в своем прежнем кресле, подножие которого омывается бессильными выступлениями «алматыжертв» и шаныракцев, однако не в силах его пошатнуть. Но, возможно, как в хороших триллерах, первая концовка процесса была ложной, и нас ждут какие-то сюрпризы?

Последствия:

Собственно, в этом и вопрос – произойдут ли какие-то последствия в ближайшей перспективе? Если та сцена с объявлением выговора является финалом всего процесса, то вряд ли произойдут какие-то активные действия сторон в ближайшее время. Если же это была хитрость, ложная уступка или маневр, то в будущем году наверняка наступит развязка. И политическое лицо страны вновь поменяется.

СМИ vs. Е. Ертысбаев

Четвертое место

Самая яркая попытка журналистского сообщества отправить в отставку министра информации и культуры Е. Ертысбаева пришлась на март. 5 марта появилось заявление Союза журналистов Казахстана, Фонда «Адил Соз» и Национальной ассоциации телерадиовещателей. Журналисты потребовали отставки министра информации. Причиной послужил неприятный инцидент с изгнанием журналистов телеканала «Эра» Ертысбаевым, не желавшим появляться в телеэфире именно этой компании. В основном схватка представляла собой информационный мусор из взаимных обвинений и упреков. Премьер-министр посоветовал Ертысбаеву извиниться перед журналисткой «Эры», министр этот совет принял к действию, после чего конфликт постепенно затух.

Итог:

Ермухамет Ертысбаев продемонстрировал свою нужность на нынешнем этапе развития государства, а, следовательно – и непотопляемость. Мартовская вылазка журналистов только подтвердила эти неочевидные истины. В результате министр информации с громадным запасом прочности смог осенью как следует надавить на редакторов независимых и даже оппозиционных СМИ, запретив публиковать хоть что-то из коллекции Рахата Алиева – будь то прослушки, или же его собственные интервью.

Последствия:

Проблема казахстанской журналистики не в министре Ертысбаеве, следовательно, и серьезных последствий не будет. Кроме того, демократические информационные порывы министра теперь будут сдерживаться уздечкой ОБСЕ, так что, видимо, его недавние заявления о законодательной регуляции Интернета так громкими словами и останутся.

Маловодное, Казатком, Маятас…

Пятое место

19 марта, по сообщениям СМИ, в селе Маловодное прошел стихийный митинг, на который собрались 2-3 тысячи человек (по оценкам алматинских журналистов). Тогда МВД сообщило о произошедшей накануне в соседнем селе Казатком перестрелке между «группой лиц в количестве 50 человек». В тот же день появились сообщения о том, что конфликт имел межнациональный характер.

Так начиналась информационная шумиха вокруг главного потрясения года – столкновения сельчан-казахов с чеченской семьей Махмахановых. Это событие уже обросло толстым слоем версий, взаимоисключающих предположений, призывов и лозунгов; завершился суд над виновниками гибели трех братьев Махмахановых, отгремели какие только возможно словесные баталии, однако до сих пор общество не может отдать предпочтение какой-либо из оценок, данных этому событию.

Мартовское избиение чеченцев усугубилось еще и произошедшей ближе к концу года драмой в селе Маятас (ЮКО) – так называемыми курдскими погромами, поводом к которым послужило надругательство подростка-курда над мальчиком-казахом.

Итог:

Власть оценила оба происшествия как бытовые конфликты, не имеющие под собой и следов межнациональной розни. Кроме того, пригрозила через Генпрокуратуру всем, кто попытается эти следы найти, карами и возмездием. Впрочем, такая реакция вполне предсказуема, и свидетельствует лишний раз об «умении» властей решать острые социальные проблемы – загоняя их вглубь общества, не давая открыто обсудить возникшие вопросы и прийти к какому-то соглашению.

Последствия:

Не будем забывать о тех оценках, которые характеризуют означенные конфликты как инспирированные кем-то акции с целью раскачать национальный вопрос в Казахстане. Какие далеко идущие планы у этой безумной затеи, сказать трудно – очевидно, что это либо попытка уничтожить в стране стабильность, чтобы лишить Н. Назарбаева самого мощного ресурса, который и вытягивал большую часть голосов электората; либо попытка помочь властям еще жестче закрутить гайки в стране, введя, например, некое чрезвычайное положение (под благим предлогом «сплочения нации перед глобальной угрозой»). В любом случае, самопроизвольные ли это вспышки, инспирированные ли кем-то акции, при существующем отношении властей к новому тренду исход может быть очень плачевным.

Нуртай Абыкаев – посол в России

Шестое место

Уход Нуртая Абыкаева с поста спикера (и приход на это место Касымжомарта Токаева с поста министра иностранных дел) совпал по времени с отставкой Даниала Ахметова и приходом на пост премьера Карима Масимова. Несмотря на то что смена правительства и главы сената находятся в различных юридических плоскостях, коль скоро у нас разделены законодательная и исполнительная ветви власти, легко обнаружить в этих двух отставках взаимосвязь. Что и сделали некоторые аналитики.

Итог:

Смена Н. Абыкаевым фронта и географического местоположения работы многие связывают с произошедшим в 2006 году убийством А. Сарсенбаева. По крайней мере, если и нет видимых причин подозревать именно экс-спикера в причастности к этой трагедии, активное участие в преступлении Е. Утембаева, на тот момент руководителя аппарата сената, все же бросило тень на Абыкаева. Руководствуясь элементарной логикой, многие аналитики заранее предсказали отставку спикера и в прогнозах не ошиблись.

Последствия:

А вот насчет последствий – споры. Если дипломатическая ссылка является знаком заката политической звезды Нуртая Абыкаева, то, по логике, его люди должны исчезнуть из коридоров власти – однако этого не произошло. То есть, вполне вероятно, посольство в России – есть временная мера, и в будущем мы еще увидим нынешнего посла в соответствующей ипостаси.

Слияние и развод оппозиции

Седьмое место

Наконец, самое непонятное, что произошло на партийном поле, – это слияние партий ОСДП и «Нагыз Ак жол» в единое целое (в партию ОСДП), а потом их развод.

11 июня было опубликовано заявление об объединении ОСДП и НАЖ: «Недавнее принятие антидемократических поправок в Конституцию перечеркнуло надежды общества на политическую модернизацию. Стало совершенно очевидно, что выйти из сегодняшнего исторического тупика возможно лишь путем сплочения всех политических сил и граждан страны, не желающих мириться с укреплением авторитаризма, с торжеством застоя, с откатом Казахстана на обочину мирового развития.

Исходя из этого мы, от имени сотен тысяч членов и миллионов сторонников Демократической партии Казахстана “НАГЫЗ АК ЖОЛ” и Общенациональной социал-демократической партии, заявляем о намерении объединиться и создать единую и динамичную политическую силу». Текст подписали Жармахан Туякбай, Амиржан Косанов, Булат Абилов, Ораз Жандосов, Тулеген Жукеев.

Потом эта компания проиграла выборы (как и другие компании, не щеголяющие брендом «Нур Отан»), и 9 октября процесс закрутился в обратную сторону новым заявлением демократических сил Казахстана: «Недавние, сфальсифицированные властью выборы в Мажилис фактически ознаменовали собой новую стадию развития авторитарного режима. Осознавая абсолютное отсутствие народной поддержки, властная верхушка наглухо замкнулась в себе, окончательно отгородилась от общества репрессивными структурами и запретительными законами…. Исходя из этого, мы заявляем о качественном структурировании демократических сил страны и возобновлении полномасштабной деятельности ДПК “НАГЫЗ АК ЖОЛ” в тесном сотрудничестве с ОСДП». Те же подписи.

Итог:

Значительная потеря доверия со стороны населения. Оппозиция в лице ОСДП и НАЖ последовательно разрушала свой собственный героический и народоборческий имидж всякими отмалчиваниями или репликами не к месту, но история с объединением-разъединением окончательно их добила. Или нас? Зато мы отметили, как значительно сократился цикл жизнедеятельности оппозиционных «консолидирующих» организаций – если ЗСК просуществовал в бодром режиме года полтора, то «обновленная ОСДП» не продержалась и полугода. Теперь вот Ж. Туякбай созывает народ в новую консолидацию. На месяц?

Последствия:

Системный кризис власти ничто по сравнению с тяжелейшим кризисом оппозиции, от которого, судя по всему, существующие партии уже не оправятся. Восстановительные или хотя бы оздоровительные процессы начнутся с приходом нового электорального цикла – а до него еще пять лет. Впрочем, ближайшие три года пройдут под пристальным приглядом за нашей песочницей членов ОБСЕ, а уж этого зрителя оппозиционный блок не упустит. Так что какое-то время еще повоюют. Авось, и найдется выход?

С Новым годом! 

 

Публикация 17

ОТЧЕТ О ПРОСМОТРЕННОМ ЗА ГОД

28.12.2007

Антон СОПРАНИН

Кто-то хранит память о прошедших 365 днях, собирая газетные подшивки, кто-то активно фотографирует себя и своих родных, кто-то аккуратно заносит в дневник сведения о своих новых знакомствах. Короче, память о прошлом каждый сохраняет по-своему. Для меня, например, лучшей памятью о годе прошедшем является стройный ряд DVD-дисков с вышедшими за год фильмами.

Итак, что 2007 год принес на полку киноманам (фильмы расположены в порядке их появления на киноэкранах).

«Козырные тузы»

Режиссер Джо Карнахан

В ролях: Бен Аффлек, Рэй Лиотта, Энди Гарсиа, Райан Рейнольдс

Отвязный боевик стал своеобразным пророчеством для отдельных персонажей нашей элитной тусовки. Сюжет прост – некий козырной мафиозный туз попал в немилость боссов, решил воспользоваться программой защиты свидетелей, а перед этим слить копам всю мафию. Естественно, боссов такой расклад не устроил, и они объявили тендер на голову зарвавшегося бандюгана. Жизнь опального мафиози оценили в миллион долларов, за этот приз решили побороться все самые жуткие преступники Запада, в числе которых две лесбиянки, трое нацистов с мозгами меньше беличьих, отморозок, способный принимать любое обличье, и другой подобный контингент.

Предатель вынужден запереться в пентхауcе роскошной гостиницы и пережидать бури, коротая время с наркотиками и шмарами. А охота уже началась!

«Здесь курят»

Режиссер Джейсон Райтман

В ролях: Аарон Экхарт, Мария Белло, Кэмерон Брайт, Адам Броуди, Сэм Эллиотт, Кэйти Холмс

Фильм снят по роману современного американского публициста Кристофера Бакли, перу которого принадлежат такие бестселлеры, как «С первой леди так не поступают» и «Суматоха в Белом доме». Даже из названия данных произведений видно, что автор посвятил себя описанию нравов американского истеблишмента, благо, Кристофер Бакли, бывший политический консультант администрации Джорджа Буша-старшего, знаком с этими нравами не понаслышке. Его произведения являются сатирическими зарисовками тех процессов, которые происходят в элитной Америке, они посвящены журналистам, политикам, лоббистам, адвокатам, бизнесменам и другим большим и важным людям, которые делают Америку Америкой.

«Здесь курят» – история о табачном лоббисте, через призму которой автор показывает нам Америку лоббистскую, в которой нет места сантиментам и эмоциям, а балом правит здоровый деловой цинизм. Создатели экранизации ухитрились, сильно сократив сюжет оригинального произведения, не потерять ироничный стиль Бакли, сделать действительно умную сатирическую комедию.

«Ганнибал: Восхождение»

Режиссер Питер Веббер

В ролях: Гаспар Улье, Ли Гонг, Тоби Александр, Доминик Беттенфельд, Нэнси Бишоп, Мэттью Блад-Смит

Импозантный людоед Ганнибал Лектор навсегда останется в наших сердцах в исполнении сэра Энтони Хопкинса. Дело не в том, что Гаспару Улье не удалась роль молодого Ганнибала, который еще только встает на путь поедания себе подобных. Скорее причина в том, что «Ганнибал: Восхождение» – фильм про другого доктора Лектора, которого не приняли поклонники прежнего людоеда. Видимо, поэтому о картине «Ганнибал: Восхождение» больше писали и говорили до ее выхода в прокат, чем после.

Приквел к каннибальской-ганнибальской истории рассказывает о рождении монстра. Естественно, все началось с Гитлера и нацизма…

«300 спартанцев»

Режиссер Зак Снайдер

В ролях: Джерард Батлер, Винсент Риган, Лина Хэди, Дэвид Уэнэм, Майкл Фассбендер и другие неизвестные качки и мускулистые девки

Для тех, кто до сих пор донимает занятых людей глупыми вопросами на тему, почему эти «300 спартанцев» так отличаются от старого фильма с тем же названием, необходимо короткое пояснение. Боевик «300» (а не «300 спартанцев», как придумали российские локализаторы) снят на основе графического романа Алана Мура (который нарисовал еще «Город грехов»), а вот этот самый роман как раз и основан на том самом старом фильме «300 спартанцев». Словом, сперва над первоначальной канвой и героями фильма поработал Алан Мур, а уж над муровскими наворотами похимичили создатели обозреваемого фильма во главе с режиссером Заком Снайдером. Как там вообще хоть что-то могло остаться от старой версии?

Теперь о сюжете. Спартанские воины, 300 человек, во главе со своим царем Леонидом спешат надрать задницы персам, потому что их царь Ксеркс – ну очень сильно смахивает на активного гея. Тем временем в Спарте мудрые и осторожные старцы трясут бородами, размышляя, стоит ли высылать смельчакам подмогу. Как всегда, кавалерия поспеет лишь к шапочному разбору, поэтому спартанским пацанам остается рассчитывать лишь на собственные силы. А собственных сил у пацанов – немеряно.

«Типа крутые легавые»

Режиссер Эдгар Райт

В ролях: Саймон Пегг, Ник Фрост, Билл Найи, Джим Бродбент, Стив Куган, Тимоти Далтон

Британские лицедеи и креаторы Эдгар Райт, Саймон Пегг и Ник Фрост продолжают издеваться над голливудским штампованным браком. Первая попытка оказалась, по слухам, более чем удачной – фильм «Зомби по имени Шон», который в отечественных видеолавках не найдешь днем с огнем (кажется, даже не завозили), порвал жанр «зомби-муви», все эти завтраки, ужины, обеды и полдники мертвецов, потоком лившиеся когда-то с экранов кинотеатров и телевизоров.

«Типа крутые легавые» – большущая каменюка в огород другого популярного жанра – полицейского боевика. Герой Саймона Пегга – бравый лондонский полицейский, который так доблестно и рьяно защищает закон и порядок, что от него уходит жена, а его коллеги, в том числе и главный полицейский Лондона, выглядят на его фоне чертовыми бездельниками. В результате героя посылают рулить порядком в сущее захолустье, где уже очень давно не происходило ничего криминального.

Но, как говорится, свинья везде грязь найдет.

«Человек-паук 3»

Режиссер Сэм Рэйми

В ролях: Тоби Магуайр, Кирстен Данст, Джеймс Франко, Брайс Даллас Хауард, Томас Хэйден Черч, Тофер Грэйс

Год 2007 можно официально переименовать в Год трилогий. Почему-то именно в прошедшем году знаменитые франчайзы разродились третьими сериями своих проектов. Застрельщиком стал Питер Паркер, опаученный юноша из славного города Нью-Йорк.

Сэм Рейми давно планирует завязать с «паучьей» историей, однако все никак. Впрочем, бросать курочку, несущую золотые яйца, – верх глупости, так что все уверения Сэма, что вот-вот, еще пару дублей и брошу, скорее всего, простое лукавство.

Меня можно отнести к любителям (или доброжелателям) этого франчайза, так что мое естественное пожелание – снимайте еще! Пока очевидно только движение вверх, франчайз, вопреки традиции, от серии к серии лишь улучшает свои показатели – и в плане высасывания денег из карманов честных зрителей, и в плане интересности зрелища. Сравните третьего «Паука» с вышедшими в этом же году «Призрачным гонщиком» и второй «Великолепной четверкой», также проектами компании «Марвелл» – и вы почувствуете разницу между действительно талантливой экранизацией графической сказки и банальной кинокопией комикса.

Коротко о сюжете третьей части. Питер Паркер, он же Человек-Паук, разобрался со своими трудностями в виде Доктора Спрута и неразделенной любви к Мэри Джей Уотсон. Первый образумился и самоуничтожился, а любовь оказалась вполне разделенной. Однако неприятности – это удел всех супергероев. Вот и для Питера Паркера вскоре настанут очередные черные дни, и он начнет залихватски носиться над Нью-Йорком, плетя свою паутину.

«Пираты Карибского моря: На краю света»

Режиссер Гор Вербински

В ролях: Джонни Депп, Орландо Блум, Кира Найтли, Джеффри Раш, Джонатан Прайс, Билл Найи, Чоу Юнфат

А вот это – образец того, как делать трилогии не надо. Нечто подобное со зрителями сотворили знаменитые братья Вачовски, снявшие «Матрицу», в которой первая часть оказалась стоящим и где-то даже киберпанковским проектом, а две последующие – бездарное высасывание бабла на том же материале. В нашем случае Гор Вербински все же сумел сделать достойное продолжение первой серии проекта, но уже к третьей юмор иссяк, задумки тоже, и вместо задорного пиратского видео мы получили откровенную галиматью с зашкаливающим за любые допустимые пределы уровнем частоты мелькания Джонни Деппа на экране. Мы любим Джонни Деппа, но не до такой же степени. И мы не любим Киру Найтли и Орландо Блума, так что вместо мальчонки в начале третьей части надо было вздернуть на рее обоих любовничков.  

Откровенно провальное продолжение, что, кстати, не означает, будто Гору Вербински и Джерри Брукхаймеру не придет в голову слепить еще одно продолжение.

«Шрек Третий»

Режиссеры Крис Миллер, Раман Хуи

В ролях: Майк Майерс, Кэмерон Диаз, Эдди Мерфи, Антонио Бандерас, Джон Клиз, Джули Эндрюс, Руперт Эверетт

Создателям третьей части «Шрека» также не удалось переплюнуть вторую часть, но, по крайней мере, они не опустились ниже уровня первой ленты. Скорее, они вернулись к стилю, в котором был снят первый мультфильм, поразивший весь мир. А тот стиль отличается большей детскостью, что ли. Словом, если вторая часть «Шрека» принесла много радости взрослым зрителям, то первая и третья все же рассчитаны на детскую аудиторию. Но и для взрослых трилогия несет бездну удовольствия.

Теперь конкретно об этой части. Король-лягушка умер, оставив трон в Тридевятом королевстве за Шреком. Тот, естественно, не в восторге от подарка, и потому ищет племянника почившего в бозе короля, которого зовут Арти (Артур), чтобы вручить тому трон и все Тридевятое царство со всеми его проблемами в придачу.

Прекрасный Принц Прекрасный не оставляет своих попыток стать Королем Прекрасным, для чего объединяется со всем сказочным криминалитетом королевства и захватывает в плен принцессу Фиону.

Короче, весь этот ворох проблем предстоит скоренько разгрести Шреку и его друзьям-коллегам Коту-в-сапогах и Ослу, у которых, в свою очередь, возникли трудности с идентификацией. Кроме того, Шреку предстоит еще более тяжкая напасть – незапланированное отцовство!

«Тринадцать друзей Оушена»

Режиссер Стивен Содерберг

В ролях: Джордж Клуни, Брэд Питт, Мэтт Дэймон, Аль Пачино, Энди Гарсиа, Дон Чидл

От этой третьей части, после ужасной второй, никто ничего хорошего и не ожидал. Сами актеры в лице Мэтта Дэймона озвучили намерение сделать «настоящее продолжение», поскольку тоже были не в восторге от второго ограбления.

Скажем так, трилогию они завершили достойно. И продолжать проект о похождениях Дэнни Оушена лучше не стоит – не Джеймс Бонд, чай.

В этой части франчайза Оушен снова собирает свою команду, чтобы на сей раз кинуть казино Вилли Бэнкса. Потому что этот Вилли кинул нашего друга Рубена на двадцать пять миллионов долларов и построил на чужие деньги отель King Midas, еще до открытия прослывший самым роскошным в Вегасе.

Нам покажут, как будет претворен грандиозный план кидалова посредством покера, рулетки и блек-джека.

«Гарри Поттер и Орден Феникса»

Режиссер Дэвид Йейтс

В ролях: Дэниэл Рэдклифф, Руперт Гринт, Эмма Уотсон, Хелена Бонэм Картер, Робби Колтрэйн, Райф Файнс

Пятый год обучения в школе Хогвартс для Гарри начинается с неприятного открытия – ему никто не верит, что лорд Волан-де-Морт вернулся и убил Седрика Диггори. Министерство магии захватывает власть в волшебной школе и отстраняет Альбуса Дамблдора от исполнения обязанностей директора. Вся школа подпадает под контроль вредной тетки Долорес Амбридж.

Группа учеников уговаривает Гарри начать уроки практической борьбы против злых сил и создает Отряд Дамблдора. Самому Поттеру в кошмарах является изуродованный до полного воландемортия Райф Файнс, который забивает Поттеру стрелку в Отделе тайн Министерства магии. Словом, экранизация литературного проекта Джоан Роулинг движется полным ходом, мрачнея с каждой серией. Для детворы в сериале уже практически ничего не осталось – даже Долорес Амбридж в облике традиционной бяки из детских сказочек способна вызвать озноб у взрослого зрителя своей похожестью на некоторых непробиваемых товарищей из реальности.

А в следующей серии, между прочим, погибнет сам Дамблдор. Уведите своих детей от наших голубых экранов!

«Симпсоны в кино»

Режиссер Дэвид Силверман

Актеры: Дэн Кастелланета, Джули Кэвнер, Нэнси Картрайт, Ярдли Смит, Хэнк Азариа, Хэрри Ширер, Альберт Брукс, Минни Драйвер, Келси Грэммер, Тресс МакНейлл, Джо Мантенья, Марша Уоллес, Том Хэнкс

Это просто праздник какой-то! Полнометражные «Симпсоны» – роскошный подарок всем поклонникам этого шизанутого мультсериала о типичной американской семейке и о типичных американских семейных ценностях.

Гомер Симпсон, мультипликационный аналог Джорджа Буша-младшего, влюбился. Эта любовь имела несколько неприятных сторон – во-первых, Гомер женат, у него двое детей, во-вторых, объектом его любви стала свинья; в-третьих… Нужно еще и в-третьих? Так вот, в-третьих, хрюшка, несмотря на свою внешнюю миловидность, отличалась высокой производительностью бытовых отходов. Эти отходы папаша Гомер сбросил в городское озеро, что вызвало конкретное нарушение экологического баланса. Город оказался под угрозой вымирания, потому что американское правительство во главе с президентом Шварценеггером решило уничтожить этот городишко вместе с опасным озером и людьми на фиг. И только Гомер может спасти своих сограждан! Правда, если те не линчуют его раньше…

«Монгол»

Режиссер Сергей Бодров

В ролях: Таданобу Асано, Хулан Чулуун, Амаду Мамадаков, Басан, Алия, Хэ Ци, А Юэр, Однам Одсурэн, Хонлей Сан, Амарболд Тувшинбаяр, Баярцэцэг Эрдэнэбат

Фильм вызвал массу противоречивых откликов – от восхищенных до гневных. Однако режиссеру Сергею Бодрову, который выстрадал этот проект, удалось, пожалуй, главное – создать настроение. Он попытался помочь зрителю окунуться в мир кочевников, понять философию этого иного для западного человека бытия. Да, фильм явно рассчитан на западного зрителя, потому и заканчивается он как бы неожиданно – превращением нелепого человека Темучина, которого била судьба чуть ли не с рождения, в великого кагана Степи, Чингисхана. Западный зритель на этом месте поперхнется поп-корном, поежится при страшном имени и скажет: «Вот оно как, мать твою…» Мы же пожимаем плечами, недоумеваем – где знаменитые сражения, где покорения земель? Их нет в «Монголе», там вообще мало батальных сцен. Сергей Бодров и не ставил задачу сделать пеплум – боевик на историческую тему. Фильм ценен иным: проникновением в тему, отходом от «законов жанра», неуловимой схожестью с философией вестерна, этой сагой ХХ века об одиноком воине в несправедливом мире.

«12»

Режиссер Никита Михалков

Актеры: Никита Михалков, Сергей Маковецкий, Сергей Гармаш, Алексей Петренко, Валентин Гафт, Юрий Стоянов, Михаил Ефремов, Сергей Газаров, Александр Адабашьян, Виктор Вержбицкий, Алексей Горбунов, Роман Мадянов, Сергей Арцибашев

Оригинальный фильм «12 разгневанных мужчин» снял Сидни Люметт в 1957 году. На следующий после премьеры день начинающий режиссер Люметт проснулся знаменитым. Его «Разгневанные мужчины» перевернули все существовавшие тогда представления о кино. Он умудрился сделать захватывающий триллер, используя правила классической драматургии – единство места и времени действия.

Естественно, что российскую реинкарнацию картины Люметта, да еще и в исполнении мастера российского кинематографа Никиты Михалкова, ждали с нетерпением. И с изрядной долей опасения, что россияне и здесь налажают. Однако обошлось. Да еще и со знаком «плюс». Картина «12» Никиты Михалкова, хоть и является ремейком «Разгневанных мужчин», хоть и завязана с оригиналом схожестью сюжета, все же оказалась именно российским фильмом, не перепевкой, а самостоятельным произведением, преследующим свои цели и проповедующим свои нравственные ценности.

Что до сюжета, то он прост. Двенадцать мужчин, присяжных заседателей, собираются после окончания процесса в комнате для совещаний (у Михалкова – в спортзале), чтобы вынести вердикт. Процесс кажется простым – парнишка убил своего приемного отца. В фильме Люметта преступник – пуэрториканец, у Михалкова – чеченец, причем его приемный отец, русский солдат, воевал в Чечне. Присяжные собираются для формального голосования, однако один из двенадцати мужчин все же настаивает на подробном обсуждении деталей дела. Он не верит в виновность подсудимого…

«Рэкетир»

Режиссер Ахан Сатаев

В ролях: Саят Исембаев, Мурат Бисембин, Жан Байжанбаев, Асель Сагатова, Владимир Вдовиченков, Ментай Утепбергенов

Как и в случае с «12» Никиты Михалкова, картина Ахана Сатаева «Рэкетир» не выглядит перепевкой российских аналогичных поделок типа «Бригада» или «Бумер». Причем авторы, судя по всему, и не стеснялись таких аналогий, даже позвали на эпизодическую роль героя «Бригады» и «Бумера» Владимира Вдовиченкова. Нет, «Рэкетир» – это наш, шымкентский продукт, своя история. Она проста и незатейлива. Саян, подающий надежды боксер, попал в криминальную компанию, стал рэкетиром, а эта дорожка довольно скоро привела его от ресторанов с кабаками к темной автостоянке и четырем вооруженным ножами отморозкам.

Нам просто показали, как оно бывало с теми пацанами, с которыми когда-то сидели за одной партой или общались во дворе. Без затей и особых излишеств, с простым уличным юмором и таким же простым языком, суррогатом русского и казахского.

Историю тянет пересмотреть тут же, на финальных титрах, так много в ней родного, знакомого, понятного с полуслова. Обошелся он, кстати, по нашим меркам «даром» – всего одна пятнадцатая часть бюджета «Кочевника». И в прокате окупился с наваром. Есть, над чем задуматься…

«Ирония судьбы. Продолжение»

Режиссер Тимур Бекмамбетов

В ролях: Константин Хабенский, Елизавета Боярская, Сергей Безруков, Андрей Мягков, Барбара Брыльска, Юрий Яковлев, Валентина Талызина, Виктор Вержбицкий.

Наш соотечественник, известный российский и уже голливудский режиссер Тимур Бекмамбетов замахнулся-таки на Эльдара Рязанова и сделал продолжение этой изрядно поднадоевшей истории о том, как пьяный врач из бани улетел в Ленинград и как его там встретили.

Теперь в дело вступила молодая гвардия российских бытовых алкоголиков. У Жени и Нади в тот раз ничего так и не срослось, они разбежались, чтобы родить детей, продолжателей родительского дела. И вот взрослый сын Жени Лукашина, тоже Женя, летит в Санкт-Петербург на конференцию врачей-мануальщиков. После мероприятия он с друзьями, естественно, выпил, но на самолет все же попал. Вот только самолет никуда не полетел. Лукашин-младший проснулся, решил, что уже в Москве, и поехал к себе домой: 3-я улица Строителей, дом 25, квартира 12.

История, словом, повторяется, к новым действующим лицам вскоре присоединятся старые, которые в такой ситуации уже побывали, а стало быть – есть опыт. Так что скучать не придется…

Таким был год на экранах кинотеатров, по крайней мере, в моем представлении – кое-какие фильмы, возможно, и претендующие на строчку в списке, в него, однако, не попали, к примеру, монструозные «Трансформеры» Майкла Бея. Это не означает, что мне не нравится творчество Майкла Бея, или я игнорирую миллионы фанатов «Трансформеров», просто картину мне посмотреть так и не удалось. А писать о том, чего не видел, – удел кинокритиков, а не кинозрителей. В списке отсутствуют также фильмы проекта «Грайндхауз» («Молотильня») – «Доказательство смерти» от Квентина Тарантино и «Планета страха» от Роберта Родригеса. Этому другая причина – по мне, так оба этих фильма являются мощным вкладом в мировое киноискусство, однако на многих моих знакомых картины произвели резко противоположное впечатление. Словом,  явно спорные ленты также не удостоились упоминания в изложенном отчете о просмотренном за год.

На прощание в предстоящем году хочется пожелать всем киноманам новых чудесных впечатлений и пополнения домашних коллекций, а казахстанскому кинематографу – новых прорывных проектов и полчищ благодарных зрителей.

Публикация 16

ХАОС В КУБЕ

13.12.2007

Антон СОПРАНИН

Власти штата Миссури, США, добиваются для себя права наказывать за оскорбления, нанесенные в Интернете. В частности, предлагается штрафовать нарушителя суммой в 500 долларов, либо заключать его в тюрьму на 90 дней.

Поводом к инициативе послужило дело о самоубийстве несовершеннолетней девочки. В 2006 году 13-летняя жительница пригорода Сент-Луиса Меган Мейер познакомилась на портале MySpace с 16-летним парнем по имени Джош Эванс. Поначалу у них были тесные отношения, но потом произошел резкий разрыв: парень назвал девочку «никудышным человеком, которого все ненавидят». В травле ребенка приняли участие и другие пользователи портала.

16 октября 2006 года доведенная до отчаяния Мейер повесилась, это произошло незадолго
до ее 14-летия.

Впоследствии родители погибшей узнали, что никакого Эванса не существовало. Под этим именем с девочкой общалась мать ее бывшей подруги, с которой они поссорились. Женщина хотела знать, что Мейер думает о ее дочери, полагает следствие.

Дело Мейер привлекло внимание прессы, и хотя имя женщины, причастной к смерти девочки, не разглашалось, история всколыхнула американское сетевое сообщество.

Блоггеры провели собственное расследование, и вскоре личность женщины, причастной к доведению девочки до самоубийства, была установлена. Пользователи начали планомерную кампанию против женщины, разместив спутниковые снимки ее дома. Тысячи посетителей оставляли гневные комментарии, называя семью той женщины «психами, которые довели подростка до самоубийства». К концу недели через Интернет было распространено уже не только имя женщины, но и адрес ее проживания, место работы и телефоны. С веб-сайта компании-работодателя блоггеры также добыли фотографию ее мужа.

Этот феномен получил название «интернет-травли», и американские психологи уже назвали его возрождением института линчевания. Политики штата Миссури решили поставить юридический заслон этой заразе.

Полагаю, что мотивы заокеанских бюрократов более чем благородны, и в данном случае цензура Интернета не только возможна, но и желательна. Какие же мотивы у чиновников из казахстанского министерства информации, коль скоро глава этого ведомства уже готов, по мнению некоторых сетевых изданий, предложить парламенту некий законопроект, регулирующий казахстанский сегмент Интернета?

Во-первых, министр желает, чтобы клевета, оскорбление чести и достоинства человека, как и в Швеции, наказывались – у скандинавов ответственность за эти виртуальные деяния несут провайдер и владелец сайта.

Во-вторых, министру хочется, чтобы у нас, как и во Франции, был поставлен надежный заслон насилию в глобальной Сети. Любому французскому пользователю, не являющемуся профессиональным журналистом и опубликовавшему в Интернете видеоклип или изображение криминального содержания, грозит тюремное заключение сроком до пяти лет и штраф в размере 100 тысяч долларов.

В-третьих, министру надобно знать настоящих владельцев казахстанских сайтов, какие люди стоят за сетевыми проектами. В эфире телеканала «Астана» он прямо так и посетовал: «По слухам, руководитель одной из интернет-газет сидит за рубежом. Ему наплевать на Казахстан, ему нужно побольше конфликтов, чтоб на этом бабки зарабатывать…» Конечно, на основании этого высказывания никаких исков не сляпаешь, хотя мы все прекрасно знаем, кого имел в виду Е. Ертысбаев, знаем также, почему он это сказал, не знаем только, с каких это пор министр информации и само министерство приобрели статус Самого Верховного Суда в республике? За последние пару месяцев означенный министр уже дважды выступил с такими категоричными заявлениями – тот, понимаешь, преступник, а этот бабки заколачивает…

Пошел явный перегиб в сторону негатива, которым прежде министр разбавлял свое поведение и свои речи. Но раньше грубости было в меру, чтобы сойти за умного парня, который по-простецки поучает туземцев, на их же туземном языке, но с политологической тарабарщиной, разбавленной бесполезными для нас высказываниями людей, живших и умерших в иные эпохи и на других территориях. Сегодня же этого негатива стало чересчур много. Причем словесного негатива, вдобавок подкрепленного конкретными действиями, как-то заначенный до поры готовенький законопроект об Интернете.

Если вдумчиво разобраться в последних инициативах министерства, то мы поймем всю сложность постановки, в которой сейчас участвует Ермухамет Ертысбаев, и соответственно, причину его некоторых необдуманных и резких заявлений. Министерство, судя по всему, вынуждено работать одновременно на трех фронтах единого информационного поля страны. Министр разрывается на три части, у него нет времени шлифовать тезисы и объяснения. Итак, рассмотрим подробнее эти три миссии МИК, а ниже попытаемся понять, являются ли они частью чего-то целого, какой-то единой информационной стратегии, или нет.  

Первая сфера – это покупка государством оставшейся части акций ЗАО «Хабар». Самая простая задача, которая, к тому же, укладывается в рамки версии о том, что в этом пресловутом Рахатгейте не все чисто. Согласитесь, сложно представить, что, расплевавшись с президентом, Рахат Алиев рассчитывал бы еще и на денежное вознаграждение за собственность, которая и без того уже в руках противной стороны? А государство в лице министерства информации такой подарок «изгнаннику» выкатило. В ответ на это Рахат Алиев дал получасовое интервью интернет-радио «Инкар», в котором чуть ли не открытым текстом назвал заказчика убийства А. Сарсенбаева. Какой-то аттракцион смирения и покорности устраивает наша власть: ударили по левой щеке, подставь правую – челюсть на место встанет. Впрочем, остановимся пока лишь на мнении, что в изгнании Рахата Алиева в далекую Вену не все чисто, без версий, что же именно нечисто и почему.

Еще один фронт работы – новый закон о СМИ, который должен соответствовать стандартам ОБСЕ, или хотя бы желаниям казахстанских журналистов, поскольку их одобрям-с, судя по всему, окажется решающим. Тут работа посложнее – если с провластными журналистами еще можно найти общий язык, то оппозиционных «акул» убедить отказаться от тех или иных  принципов будет непросто. В юридических боях все стороны поднаторевшие, кроме того, наблюдается заметное единение журналистов и журналистских организаций различного толка, лишь речь заходит о министре информации и о новых инициативах министерства. Так что можно ждать скандалов и публичных пикировок.

Наконец, третья головная боль министерства – это интернет-пространство. Наблюдается резкий всплеск сетевой журналистской активности, растет интерес к блоггерству, одним словом, в виртуальном пространстве активно восполняется недостача реальной свободы. И этот процесс приобретает угрожающие информационной безопасности власти формы. Впрочем, не в первый раз Астана получает удар из виртуального пространства, проблема «сетевой угрозы» возникла не вчера, однако латать дыры принялись только сейчас. Единственно возможным способом – юридическим. Что бы там ни произвели на свет МИКовские крючкотворы, все равно это будет выглядеть как очень маленькая заплатка на очень большую прореху. Ну и, конечно, резко тормознет развитие общественно-политического сегмента и без того скудного Казнета. Кто захочет связываться с какими бы то ни было юридическими процедурами, чтобы получить доменное имя нашей страны, особенно если это будет связано с нарушением анонимности? А ведь министерство просто жаждет знать поименно всех владельцев казахстанских сетевых ресурсов. Нет, этот путь не ведет к решению проблем. А проблемы не в том, что в Казнете активно пропагандируется насилие или практикуется сетевая травля, многие ресурсы даже «падоночий» сленг запрещают использовать. Проблема в том, что в Сети появляется все больше и больше неудобной информации о «небожителях» Казахстана. И на этот роток сейчас пытаются накинуть юридический платок. Вот только путь этот – тупиковый. Слишком много дает Интернет возможностей для распространения и получения информации – любой, вне зависимости от того, нравится она кому-то или нет. Впрочем, отдельные правительства изобрели и способы препятствования этому процессу, однако идти их путем – это вам не Швецией или Францией прикрываться. Тут надо говорить о другой компании: Китай, Таиланд, Вьетнам, Мьянма, Туркмения, Таджикистан, Узбекистан,  Азербайджан, Сирия, Иордания, Эфиопия.  

Если не увязывать в единое целое борьбу с интернет-пространством и покупку «Хабара», а видимых логичных причин делать это у нас нет, можно прийти к выводу, что деятельность министерства информации осуществляется не по какой-то заранее заданной схеме, а хаотично, по принципу «где прорвало, там и чиним».

В принципе, это может быть отражением общего хаоса, царящего в коридорах власти.

Публикация 15

Режим «попал» на демократию

11.12.2007

Антон СОПРАНИН

Решение об избрании Казахстана председателем ОБСЕ, пусть не в 2009 году, а в 2010, стало настоящей неожиданностью. В Казахстане, кажется, это решение застало врасплох и власть, и общественные организации. Поэтому и неудивительны столь контрастные и радикальные оценки происшедшего – власть вознесла до небес президента Н. Назарбаева, оппозиция заклеймила ОБСЕ как оплот «политики двойных стандартов» (или обвинила во всем Россию). И в череде таких противоречивых оценок и мнений мало кто увидел суть – чем грозит председательство в ОБСЕ казахстанской власти.

Оценка реалий сегодняшнего дня позволяла предполагать, что сейчас для руководства страны борьба за председательский пост в ОБСЕ и само это председательство одновременно являются и костью в горле, и достаточно серьезным бонусом. Получение совместного «да» председательству Казахстана словно подводит жирную черту под определенным этапом государственного строительства в нашей стране, позволяет говорить, что страна движется «единственно верным» курсом, предложенным «мудрым вождем».

Однако оно же предполагает и наличие в стране определенного количества свобод, явно недостаточного сейчас для того, чтобы счесть сегодняшний Казахстан действительно демократическим государством без всяких лукавых оговорок («управляемая демократия», «просвещенный авторитаризм» и т.п.).

 Но если ослаблять гайки и предоставлять право голоса любому, кто имеет честь называться гражданином республики Казахстан, на свет полезут совершенно жуткие подробности того, как в нашем государстве принято делать дела. А эта практика с демократией и законностью не имеет ничего общего, так что от нашего прогрессивного имиджа вообще ничего не останется.

Словом, мы не удивлялись тому, что в 2007 году отношение власти к проекту «председательство в ОБСЕ» заметно охладело. Потере интереса способствовало в немалой степени и то, что автором проекта является Рахат Алиев, о котором в нашей стране с недавних пор либо плохо, либо ничего…

Взамен демократического вектора (но под его обличьем) в стране был взят курс на брежневскую эпоху, сформирован однопартийный парламент, создан законодательный прецедент пожизненного президентства. Все это не вяжется с желанием встать у руля демократической международной организации, и власть продолжала работать над проектом, скорее, чисто по инерции. Так что все подвижки «в сторону демократии» – чисто формальные.

Чем, кроме формализма, является учреждение Общественной палаты при парламенте? Помощью «бедным демократам»? Попыткой представить в парламенте «альтернативный взгляд»? Общественной палатой партия «Нур Отан» решает свои внутренние проблемы, связанные с законотворческим кризисом, а для демократии предназначен только фасад – мы, власть, потеснились, чтобы и они получили трибуну. Они – в данном случае общество, которое вроде бы представляют члены Общественной палаты, что далеко не факт.  

Словом, отчаянное выступление руководителя внешнеполитического ведомства Казахстана Марата Тажина на совещании в Мадриде было, скорее, его личным подвигом, связанным с тем, что именно МИД (и его руководитель) внезапно остался в одиночестве на этом фронте, причем без хоть какой-то поддержки тыла – внутриполитических стратегов.

И этот подвиг министра, совершенный в максимально неприемлемых условиях, еще станет боком власти в предстоящие три года – до председательства и во время него. Сами непосредственные обязанности председателя ОБСЕ – общая ответственность за исполнительные акции и координация всех институтов ОБСЕ, представительств и миссий организации, а также деятельность ОБСЕ по предупреждению конфликтов, управлению кризисами и постконфликтной реабилитации – покажутся цветочками в сравнении с тем, что ожидает наши власти в случае выполнения всех обязательств, данных М. Тажиным на совещании в Мадриде.

Не будем забывать при этом и о возможных проблемах, которые способны причинить Астане общественные организации. По крайней мере, те, что еще продолжают бороться за собственные идеи.

Обещания от М. Тажина

1.    «В контексте будущего председательства мы намерены инкорпорировать различные предложения в объединенный проект поправок в Закон о СМИ, где найдут свое отражение и рекомендации ОБСЕ». Исполнение этого обязательства вновь откроет больную тему о свободе слова в нашей стране, однако на сей раз министерству информации не удастся в ритме легкого танца отшвырнуть СМИ от участия в разработке законопроекта.

2.    «В течение 2008 года будут приняты конкретные меры по либерализации процедуры регистрации СМИ. Работа в этом направлении ведется Правительством, журналистским сообществом совместно с представителями ОБСЕ». Еще один уникальный для СМИ шанс продавить «уведомительный механизм» регистрации, при котором разрешения от МИК не требуется.


3.    «… с помощью БДИПЧ и других институтов ОБСЕ мы намерены принять меры по реформированию Закона о выборах до конца 2008 года.
Казахстан также до конца 2008 года примет меры по либерализации регистрационных требований к политическим партиям». Нас ожидает новый партийный бум? По крайней мере, партия «Алга!» (и «Атамекен»?) получает новый шанс стать легальной.

4.    «В контексте будущего председательства Казахстана в ОБСЕ усилия государства по совершенствованию системы местного самоуправления будут продолжены». Есть несколько законопроектов на эту тему, последний разрабатывался партией «Нур Отан» и правительством. Но ценность этой темы не столько в обеспечении реального самоуправления в регионах, сколько в возможности поднять давно наболевший вопрос о казахстанской «глубинке». Ведь если что и мешает народу управлять самостоятельно делами своего аула – так это крайняя нищета и юридическая  (экономическая, политическая) неграмотность подавляющей части сельского населения. Кто виноват, и что делать?


5.    «Казахстан обязуется сохранить БДИПЧ и его существующий мандат и не будет поддерживать какие-либо будущие попытки ослабить их». А это уже карт-бланш Е. Жовтису для повышения своей правозащитной активности и некоторое упрочение позиций ОБСЕ в Казахстане.

Чего ждать от гражданского общества
Разрозненные оценки от представителей оппозиционных общественных организаций, как-то партии «Алга!» (заявление), «Нагыз Ак жол» (комментарий Б. Абилова газете «Тасжарган») и ОСДП (блиц-интервью Ж. Туякбая сайту «Зона.КЗ»), позволяют предполагать, что наиболее активная часть гражданского общества, как всегда, не была готова к такому повороту событий.

Несмотря на то, что общее в заявлениях было – негативное восприятие произошедшего – нет даже намека на некие предстоящие активные действия, на какую-то существующую уже тактику.

Потому что на самом деле сейчас казахстанскому обществу представляется уникальный шанс подкорректировать в нашей жизни то, что представляет затруднения для ее нормального функционирования. Пять перечисленных нами обязательств Марата Тажина уже дают широкое поле для маневров, потому что за каждым из этих пунктов скрывается масса сопутствующих проблем, и задача общественных представителей – охватить их все, не упустить ничего.

А для этого уже сейчас надо активно подключать общество – ездить по аулам и городам, видеть проблемы, находить решения, оформлять все это в законопроектные предложения и, пользуясь поддержкой ОБСЕ, продавливать через парламент, заставлять власть принимать правильные решения. И все это с непосредственным участием граждан страны – проблемы народ, особенно на местах, видит лучше, понимает четче, чем столичный (или, тем более, южностоличный) житель.

Нужны общественные собрания, митинги, сходы, причем больше на местах, чем в столицах. Потому что проблемы в столицах – перенаселение, гетто, кризисные микрорайоны и социальные страты – корень имеют в селах, откуда, собственно, снялась и переместилась в город кризисная социальная прослойка.

Взамен таких акций партия «Алга!», например, предлагает мониторить выполнение Казахстаном стандартов ОБСЕ и прочих обязательств, которые не выходят за рамки узкого круга обязательств, данных Маратом Тажиным в Мадриде.

Именно узкого круга – потому что даже юридическое обеспечение свободы слова, при наличии серьезной экономической зависимости СМИ от немногих очень богатых людей, превращает эту свободу в пшик. Точно так же и самоуправление, введенное без должного экономического фундамента, загнется в считанные месяцы.

То есть корень кроется в экономических проблемах? Нет, не в них, а в тех, кто находится при управлении экономикой – наших чиновниках. Именно они решают, кто побеждает на тендерах или получает госфинансирование, первым заходит на рынок или остается монополистом.

Они продают государственную землю и отбирают частную, вносят изменения в генеральные планы и в земельное законодательство. Такая деятельность – чистый клад для тех, кто любит жить не по средствам и не на зарплату. И по всем признакам таких в казахстанской власти стало очень много. Словом, корень многих наших бед – коррупция. Решение – эффективная борьба с ней. Эффективная, то есть не такая, какую ведет Совет безопасности.
И именно эта проблема вновь осталась в стороне, она вообще выплывает в информационное поле нашей страны, похоже, лишь с подачи главы государства. Но на самом деле заставить государство принять правильные меры для обуздания коррупции – значит, наполовину решить вопрос с построением демократического общества в нашей стране.

Низкая степень коррупции отмечена в странах, где власть максимально прозрачна. Ее можно контролировать на всех уровнях, а в некоторых государствах – даже в режиме онлайн, наблюдая через веб-камеру за чиновником, который работает, например, в земельном департаменте и ведает раздачей участков.

Вообще, мировые специалисты по изучению этой напасти, свойственной не только нашей стране и проживающим здесь людям, но и характерной для очень многих государств планеты, считают, что единственное лекарство от коррупции – нужно всех чиновников посадить в стеклянные здания, заставить их жить в стеклянных домах и разговаривать по телефону с громкоговорителем.

Cловом, нужна предельная прозрачность принятия государственных и административных решений. И именно в законодательстве о борьбе с коррупцией нужно искать средство для проведения в нашей стране демократических реформ, а не в бесконечных перевыборах нижней палаты. Нужно сформировать пакет норм, которые обеспечат предупреждение коррупционных преступлений, а не обозначат карательные последствия, и потребовать их законодательного принятия.

Пусть даже эти требования и будут поначалу звучать несколько «не в тему», их нужно озвучить и добиваться их исполнения. Ведь, по сути, в Казахстане наступает пора «демократической вседозволенности», если можно так выразиться – вряд ли власть решится на радикальные меры даже в случае организации оппозицией несанкционированных пикетов, митингов, маршей протеста.

 За спиной протестующих будет не только осознание своего долга перед гражданами страны (или вопрос поддержания демократического реноме), но и авторитетная организация, которой совершенно не нужен в качестве председателя тиран с окровавленными руками. Даже в обмен на всю нефть этой республики, потому что дело упрется в престиж ОБСЕ и доверие к этой организации, а не в сиюминутные экономические выгоды.

Так что, вынуждая власти «обнажиться на рабочем месте», оппозиция оформит одну из основных угроз для казахстанской власти – угрозу тотальной «прозрачности». Повторимся, сейчас – самое удобное время потребовать этого, привязав проблему борьбы с коррупцией к какому-нибудь из обязательств М. Тажина, поскольку казахстанский режим из-за неадекватного желания порулить в ОБСЕ крепко «попал» на демократию. А наше дело – постараться, чтобы он из этой передряги не выбрался…

Публикация 14

Рахат Алиев очистит даже трудновыводимые пятна

07.12.2007

Антон СОПРАНИН

В обществе, в той его части, что активно увлекается (или занимается) политикой, крепнет уверенность, что во внезапном разрыве Рахата Алиева с тестем не все так просто, как кажется на первый взгляд. То есть удивляет, в первую очередь, внезапность «порыва» неглупого человека, наверняка понимавшего, что лишь благосклонность Нурсултана Назарбаева является гарантией безоблачного существования. Причем Рахат Алиев уже испытывал на себе неблагосклонность тестя в 2001 году, и память об этом «приключении» не должна была так скоро стереться. «Прививка от непослушания», если верны все слухи о бункере и мольбах, должна была очень надолго, если не навсегда, избавить Р. Алиева от бунта против тестя.

Если рассматривать дело под таким соусом, становится совершенно неясно, что же произошло между бывшими родственниками и в результате привело к кардинальному изменению в статусе и положении Рахата Алиева. И произошло ли вообще?! Между тем, поговаривают о встрече разведенных Дариги Назарбаевой и Рахата Алиева в Австрии, после которой прервался поток разоблачительных прослушек, что, впрочем, может быть связано с усилением хакерской атаки на сайт «Куб», где и появлялся компромат. А может быть, блокировка этого сайта – отвлекающий маневр, который как бы объясняет затянувшуюся паузу в информационной войне, а подлинная причина заключается в том, что высокопоставленная ссора, вылившаяся в изгнание Рахата Алиева из страны и заочный суд над ним, – есть некая комбинация, преследующая совершенно непонятные цели.

Так, навскидку, можно предположить только одно – Р. Алиев временно переведен в резерв, выведен из-под удара. А суд, заявления, развод – только для того, чтобы заставить кого-то поверить во всю историю с противостоянием зятя и тестя. В настоящий момент суд проводится в закрытом от прессы режиме, поскольку в ходе слушаний оглашаются совершенно шокирующие подробности похищения банкиров. Но если президент хотел на самом деле уничтожить (в имиджевом плане) опасного беглеца, все эти подробности казахстанцы уже читали бы в СМИ, со всеми шокирующими подробностями.

Обратим внимание читателей и на то обстоятельство, что компромат «от Алиева» жестко бил, так сказать, по второстепенным целям, между тем как имидж президента фактически не пострадал. Словом, подозрения, что дело нечисто, с каждым днем усиливаются. В связи с чем есть смысл подумать, кому придется несладко, если Рахат Алиев вдруг вернется в страну в прежнем своем статусе и, естественно, примется сводить счеты. Учитывая те самые шокирующие подробности пыток банкиров, о которых до недавнего времени исправно сообщали журналисты, можем представить себе, что ожидает людей и целые финансово-промышленные группы, с которыми бывший опальный зять вздумает посчитаться.

Напомним, что союзников и просто друзей в среде финансовой и политической элиты у Рахата Алиева и прежде было немного, так что кошмарное будущее в случае его возвращения в страну на белом коне ожидает фактически всех.

Начнем с неразумных подписантов знаменитого обращения «деловых кругов» Казахстана. Мухтар Аблязов, Наурызбай Аханов, Есенгали Байменов, Бахыт Байсеитов, Арманжан Байтасов, Раимбек Баталов, Еркин Калиев, Григорий Марченко, Маргулан Сейсембаев, Нурлан Смагулов, Сакен Сейфуллин, Нуржан Субханбердин, Анатолий Побияха – практически в том же порядке, в котором стоят их подписи под обращением – вот первые кандидаты на «ответку» Рахата Алиева. Ядро национального бизнеса и присоединившийся к нему «медиа-магнат» А. Байтасов.

К этой группе «смелых» бизнесменов мы добавляем и Жармахана Туякбая, который буквально на следующий день поддержал «деловые круги» в их «одобрямсе» действиям властей. Можно было бы до кучи туда же добавить и Б. Абилова, но вряд ли Р. Алиев будет против него проводить какие-то активные действия.

ФПГ Тимура Кулибаева, судя по всему, тоже ждут потрясения в случае возвращения Рахата Алиева. Неслучайно фамилия второго зятя главы государства была помянута Ержаном Досмухамедовым в одном из его интервью, которые, как считается, продиктованы Рахатом Алиевым. Причем информационный удар по некогда главному сопернику Рахата Алиева нанесен был мастерски: если помните, Е. Досмухамедов заявлял, что Т. Кулибаев пытался заставить его дать какую-то чудовищно средневековую клятву верности главе государства. В ответ на этот слив в газете «Время» – также потенциальной жертве вернувшегося Р. Алиева – появляется «клятва» самого старшего зятя.

Беспокойно спать, по идее, должны и в «Казахмысе». Эта контора до опалы Алиева подвергалась критике аффилированных с ним СМИ, неоднократно с критикой в адрес руководства «Казахмыса» выступала и Дарига Назарбаева. После опалы корпорация и ее руководство становятся героями ряда телефонных «прослушек», однозначно дается понять, что «медные тузы» не стесняются сотрудничества с криминалитетом страны и даже, возможно, причастны к событиям в Маловодном.

Евразийцы Машкевич, Шодиев и Ибрагимов в травле Р. Алиева участия не принимали, равно и как и контролируемые ими СМИ. Больше того, сведения, полученные из телефонных расшифровок, использовались ими для собственного сведения счетов с корпорацией «Казахмыс». Однако и они не могут чувствовать себя в полной безопасности – на богатства Евразийской ассоциации группа Р. Алиева пыталась неоднократно посягать, больше того, имеются сведения, что старший зять пытался противодействовать захвату евразийцами стратегически важных объектов – ТЭЦ, других энергетических комплексов – практически во всех административных единицах, где имеются предприятия ЕПА.

Группа Нуртая Абыкаева, в которую мы условно поместили ряд государственных чиновников, включая и «переметнувшихся», по слухам, от Р. Алиева министра внутренних дел Б. Мухамеджанова и спикера сената К. Токаева, а также руководителя Академии КНБ Н. Дутбаева, тоже, судя по всему, находится в «черном» списке вынужденного эмигранта.

Не забудем и о Б. Жумагулове, первом заместителе председателя «Нур Отан», который под шумок «вычистил» партийные ряды, избавившись от родственников и членов команды Р. Алиева, но перед тем принял активное участие в уничтожении партии «Асар» – политического инструмента группы Алиева и Назарбаевой.

Наконец, группа И. Тасмагамбетова, которая, судя по всему, и стала застрельщиком в «свержении зятя». Сегодня только недалекие люди верят в кристальную честность А. Гилимова, большинству очевидно, что резкие действия Р. Алиева в отношении пропавших бизнесменов могли быть вызваны деловой нечистоплотностью оных, а не желанием завладеть какими-то «лакомыми» бизнес-кусочками. Именно эта нечистоплотность заставила Р. Алиева, условно говоря, «спустить собак», а то, что Гилимов выскочил из передряги сухим, объясняется в узких кругах банально и цинично – он просто-напросто подставил своего зама Ж. Тимралиева и завхоза А. Хасенова. Была ли эта комбинация спланирована заранее, или группа подсуетилась по ходу пьесы, неясно. Однако совершенно очевидно, что именно ей, как главной виновнице падения Р. Алиева, в случае его возвращения придется действительно туго.

Резюмируя написанное, хотелось бы высказать довольно крамольные (по мнению эстетов-гуманистов) вещи. На самом деле возвращение Рахата Алиева нашему обществу выгодно. Очевидно, что казахстанская политическая и финансовая элита такому высокому статусу не соответствует ни по каким параметрам, если, конечно, не принимать всерьез размеры состояний того или иного «истеблишмена». Ну а поскольку в нашей стране об элите судят только по размеру кошельков – значит, общество наше серьезно болеет. И эта болезнь лечится – кровопусканием. Согласно истории каждое больное общество обновлялось – через революции, гражданские войны, кровавые бунты. И случалось это именно тогда, когда элита забывала о своем высоком положении, точнее, о той ответственности перед государством, страной, людьми, которую накладывает это положение. Безответственные элиты развращали общество, воздвигая всевозможных «золотых тельцов», переворачивая с ног на голову нормы морали, закона, простого здравого смысла. В том, что в нашей стране все это наблюдается в довольно жестких формах, можно судить по таким обыденным примерам как:

– если бы год назад мне удалось продать свою квартиру на окраине Алматы по тем ценам, которые были тогда, я бы купил себе недвижимость на лазурных берегах Испании или Турции, или готовый бизнес в США, более того – в Голливуде (!)
– в фактически мусульманской стране банки работают по принципам еврейских ростовщиков, в то время как ислам запрещает давать деньги в рост
– выпускник сельскохозяйственного института может в нашей стране получать 365 тысяч долларов в месяц, возглавляя национальную (!) компанию, деятельность которой является абсолютно неудовлетворительной
– прибыль в 30% до сих пор считается невнятной, в то время как в тех же США человека, предлагающего вам более 15% роста, считают наглым мошенником.

Список вы можете продолжить и сами, здесь найдется место и дорогим машинам; и соплякам за рулями этих машин; и торговле Великой Степью оптом и в розницу (предки-тюрки переворачиваются в могилах); и отстраненности государства от экономических отношений, что лукаво названо «либерализацией» экономики, а на деле является свидетельством полной некомпетентности государственных экономистов в деле регуляции рынка, и…

По сути, какую общественную, политическую или экономическую сферу ни возьми, везде мы увидим безответственность, наплевательское отношение к народу, заботу элиты лишь о своем брюхе, деградацию морали, чести, совести, а все это венчает казахстанский «золотой телец» – культ денег. И совершенно очевидно, что без экстренного лечения – точечного кровопускания – все это, в конце концов, приведет нас к «праву кольта» (в американском присловье говорится, что «кольт» всех уравнивает в правах). Почти привело.

Публикация 13

Законотворческие «негры»

06.12.2007

Антон СОПРАНИН

Характерной особенностью, возможно, даже новой чертой политического облика Казахстана становится его двухпалатный парламент – не оказывающий ни малейшего влияния на политическую жизнь страны, более того, и не стремящийся к этому. Однако внезапное появление гражданского аппендикса у парламента, который все больше напоминает юридическую канцелярию «Ак орды», заставляет по-иному отнестись к важности этого органа для властей. Общественная палата, собравшаяся на днях на свое первое заседание, свидетельствует: парламент себя еще покажет.

С одной стороны, конечно, с таким лицом, как собирательный образ нашего двухпалатного однопартийного парламента, ни в какой демократический ряд не пролезешь. На председательство в ОБСЕ можно и не рассчитывать. На самом деле этот парламент нужно было распускать на следующий же день после оглашения результатов и проводить серьезную чистку в рядах «сделавших выборы». Этими действиями президент и власть только набрали бы легитимных очков у народа и все равно победили, понятно, разделив парламентские кресла с одним-двумя конкурентами. Это было бы сделано, являйся председательство в ОБСЕ в 2009 году главной целью государственной стратегии.

Но, коль скоро эта позорная клякса на истории либерализма в Казахстане так вовремя и не убралась, следовательно, в стратегии на краткосрочный период произошла смена приоритетов. Председательство в ОБСЕ потеряло свою актуальность, на первый план выдвинулись другие задачи. Мы можем прямо указать, что однопартийный и слабофункциональный парламент сейчас исполняет главную свою миссию – идет «паровозом» в комбинации по пересмотру нефтяных и иных инвестиционных контрактов. Кашаган является первой ласточкой, далее, видимо, будут еще жертвы. Неслучайно же был помянут депутатом сената Гани Касымовым и «Тенгизшевройл» с его проблемными серными отходами. Как намек – ждите…

Конечно, никаких секретных сведений о планах парламента и власти на будущее у нас нет и быть не может – вряд ли подобные схемы находят воплощение на бумаге или в каком ином материальном виде (если, конечно, исключить возможность подслушивания и фиксации разговоров о таких комбинациях). Однако подобные выводы напрашиваются сами собой, особенно если проанализировать, чем вообще парламент и конкретно нынешний состав нижней палаты занимается. Точнее, чего он не делает, хотя должен бы. Значит, не для того он такой однояйцовый нужен.

Итак, с первым делом мы уже определились – парламент НЕ убеждает ОБСЕ в том, что в нашей стране семимильными шагами идет демократический прогресс. Напротив, он свидетельствует о прямо противоположном: о попытке приведения всех политических процессов в стране к единому знаменателю.

Парламент НЕ служит защитником общества. Напротив, он молчаливо одобряет реплики президента о народе, «выползшем из грязи в князи», который нужно научить экономить. НЕ возмущается ростом цен и НЕ предлагает мер по выводу страны из кризисной ситуации. НЕ требует отставки правительства, виновного в финансовых неурядицах. НЕ защищает статьи бюджета, которые должны пострадать из-за выемки 4 млрд долларов для помощи банкам, вляпавшимся в проблемы по вине бестолковых менеджеров и патологической жадности… Словом, парламент НЕ является буфером между властью и народом, причем таким, который выражает интересы и претензии общества, а не власти.

Зато он может ловко принимать законопроекты, юридически вышибая дух из несговорчивых инвесторов, чтобы те поуступчивей были на переговорах. Мафиозная тактика, что поделаешь. С точки зрения интересов государства, возможно, такие действия и необходимы – однако довольно нечистоплотны. Неприкрыто нечистоплотны.
Обвинять в выборе такой стратегии спикеров сената и мажилиса было бы просто глупо. Сценарии эти пишутся не в парламенте, а, скорее всего, в правительстве или администрации президента. Наверняка их подкидывают зарубежные консультанты, проходившие «жизненные университеты» за бугром в организациях наподобие той, что возглавлял мой телевизионный тезка Тони Сопрано. Отсюда и похожие методы – сначала сломать ключицу, потом ставить условия.

Мы знаем, что депутатские группы сенаторов и мажилисменов являются всего лишь исполнителями. В результате предвыборных махинаций им было организовано удобное рабочее место в кругу единомышленников. Оппозиционеры, которые вносили бы разброд в мирное течение законотворческой жизни нелепыми требованиями, остались за парламентскими стенами. Осталось только одно – четко выполнять процедуры, связанные с внесением и прохождением нужных законопроектов, вроде последних поправок в закон о недропользовании, сделанных «под Кашаган». Однако именно здесь и зарыта проблема, для решения которой, собственно, и потребовалась Общественная палата.

Проблема, просто говоря, заключается вот в чем: если «на заказ» депутаты работают, что называется, не щадя живота, то на работу «по долгу службы» откровенно чихают. А чем еще объяснить недоработки в законопроектах, спешно пропущенных сквозь парламент и теперь нуждающихся в доработке? После того как законопроекты вступили в силу! Так, например, было с новым Законом «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам упрощения таможенных и налоговых процедур». Ирония в том, что «вопросы упрощения» заметно усложнили прохождение таможенных процедур, и грузы на границах просто встали. Предприниматели и бюджет терпят убытки, а сенат, который в спешке принял сырой закон, вдали от жизненных невзгод и бурь сыпет здравицами своему спикеру в честь и по поводу написанной им книги.

Отдельное «спасибо» парламенту спешат сказать и торговцы, а также производители нового алкогольного (оказывается!) продукта – пива, на продажу которого теперь необходима соответствующая лицензия, а страна оказалась неготовой к такому повороту событий. Элементарно – бланков не заготовили…

Собственно, представлением законопроектов занимается правительство, следовательно, оно и готовит тексты. А значит и качество их – на совести правительства. Но… проблема в том, что не всегда и не все законопроекты сочиняются в недрах правительства. Зачастую явно пролоббированные нормы составляет сам заказчик. И он обращает внимание лишь на то, что надо ему, а прочие пункты, дабы завуалировать нужные, добываются из Интернета, в законодательствах других стран, копируются бездумно и вживляются в тексты казахстанских законов, сами понимаете, без какой-либо адаптации к местным условиям.

Со времени прихода Бакытжана Жумагулова в партию «Отан» этот субъект гражданского сектора получил в чиновничьей среде прозвище ВПШ – высшая партийная школа, по аналогии с советскими учебными заведениями, где готовились кадры для государственной службы. Несмотря на существование в нашей стране агентства по делам госслужбы, соответствующего учебного заведения, все больше роль кадрового резерва исполнительной власти исполняет партия «Нур Отан». Начинающие чиновники проходят «курс молодого бойца» в центральном аппарате партии, оттачивая перо на подготовке всяческих законопроектов, программ и постановлений правительства в целом, министерств, агентств и комитетов. Естественно, тех нормативных документов, которые относятся ко второму-третьему сорту по значимости. Таких, например, как программа какого-нибудь министерства культуры по развитию отечественной литературы и т.д. Как правило, юридической оценки подобным творениям в партии не делается, по слухам, в правительстве тоже не особенно якшаются с такими бумагами – либо в парламент сразу передают, если законопроект, либо на подпись премьеру, министру и т.д. – если это постановление или какие-то отраслевые проекты. Сами понимаете, парламент особо вчитываться в произведения своей же партии не будет, молниеносно одобрит то, что выходит из недр центрального аппарата «Нур Отана». А потом и случаются казусы, подобно описанным.

Думаю, теперь уже понятным становится предназначение Общественной палаты в жизни парламента. Понятным также становится и отсутствие в числе ее членов представителей оппозиции (в том числе и как бы «провластного» «Ак жола»!), легко объясняется также и то, что пост заместителя председателя достался недавно «фрондировавшему» Максуту Нарикбаеву. Вся эта Общественная палата – законотворческие «негры» «Нур Отана», наподобие литературных «книггеров» плодовитой писательницы Дарьи Донцовой. Фактически за каждым членом Общественной палаты стоит организация, в которой имеется хотя бы с десяток специалистов, умеющих составлять нормативные документы, а Максут Нарикбаев – это вообще фабрика по производству юристов. Плюс приятный бонус – обсуждение законопроектов в Общественной палате будет восприниматься как «народная экспертиза», эдакий своеобразный «знак качества».  

Так что вскоре законопроекты, выпускаемые парламентом, заметно прибавят в качестве, а наличие в числе членов палаты людей, которые действительно стоят на страже интересов граждан страны, позволяет надеяться на человеколюбие, которое наконец-то начнет появляться в законотворческом процессе.

Публикация 12

Языковой барьер

03.12.2007

Антон Сопранин

Ситуация с казахским языком в нашей стране напоминает старый анекдот о том, что коммунизм наступит в 1980 году. Спустя некоторое время вместо коммунизма народу предложили Олимпиаду-80. Государство называется Казахстан, «страна казахов», то есть, сама логика предполагает, что государственным языком здесь должен быть казахский. Формально – так и есть. На деле – мы знаем, какой язык является распространенным в обществе, то бишь, не только на бытовом уровне, но и в политической, экономической и других сферах. И это, увы, не казахский язык.

Но ведь хочется же?! Не всем, конечно, однако из этого не следует делать скороспелый вывод о шовинизме противников «казахизации» - это явление, конечно, имеет место, но не в таких количествах, какие нам пытаются рисовать отдельные «аффтары». Здесь, скорее, имеет место обычный страх рядового обывателя перед преобразованиями, которые его, обывателя, выдернут из теплого кресла, оторвут от телевизора и заставят работать над собой. В нашем случае – изучать язык. Помимо этого страха (от лени) существует и встречная проблема – кто будет учить, и как будут учить. Эти два вопроса общество вправе поставить перед властью. А власть обязана не просто ответить на них, а создать такие условия, при которых изучение языка не станет проблемой. То есть, предоставить в достаточном количестве кадры (в идеале следует исходить из элементарного соотношения – один преподаватель казахского языка на десять-пятнадцать не владеющих им граждан, то есть, приблизительно 800 000 человек, однако в данный момент это просто нереально), предоставить учебные материалы (на бумажных и электронных носителях) и решить, наконец, вопрос о переводе/не переводе казахской грамматики на латинский алфавит.

Последнее – основное, что нужно решить и чем нужно заниматься сейчас. Потому что в случае положительного решения, то есть, отказа от «кириллицы», задача одновременно усложнится и будет упрощена. Осложнения будут связаны с возросшим количеством тех, кого придется обучать языку: не уверен, что даже знающие казахский язык достаточно хорошо, смогут без помощи наставника освоить азы «латиницы» - например, правила транскрипции. Однако весь процесс будет облегчен тем, что обновленному казахскому языку одновременно начнет обучаться вся страна! При достаточно грамотно организованной и продуманной кампании акция всеобуча (ликбеза) поможет не только преодолеть обывательскую лень, но и реально поможет сплочению страны в единую нацию – казахстанцы, при которой не произойдет потери титульной нацией своей культурной идентичности (язык-то останется!), о чем беспокоятся мэтры отечественной культуры. Новая Нация родится за школьной партой!
 
Возможно, подобные идеи кажутся утопическими, однако лучше такие идеи, нежели призывы заставить, выселить, насадить или искоренить. И уж конечно, они лучше того документа, которому, собственно, и посвящен нижеследующий текст.

А речь идет о «Концепции расширения сферы функционирования государственного языка, повышения его конкурентоспособности на 2007-2010 годы», принятой отечественным правительством не так давно.

У автора есть некоторый опыт в написании подобных документов. И он, этот опыт, подсказывает, что создатели этой самой Концепции брали идеи точно там же, где их зачастую брал и я сам – на потолке. Там очень много идей, которые только для одного и предназначены – для ИБД (имитации бурной деятельности).

Выше мы говорили о том, что наиболее важным для дальнейшего развития государственного языка и обучения ему значительной части наших граждан, им не владеющих, необходимо прежде выбрать между «кириллицей» и «латиницей». Вопрос о переходе поднял глава государства, причем в достаточно категоричной форме – переход на латиницу нужен, однако ему предстоит гигантская подготовительная работа. Видим ли мы из Концепции, что эта работа ведется? Нет. Мы видим только, что некая группа государственных чиновников, к сожалению, безымянных (не Карим Масимов же писал эту Концепцию) откровенно саботирует поручение президента. Для тех, у кого с памятью худо (по всей видимости, означенные анонимные чиновники считают, что наше общество вообще неизлечимо страдает слабоумием), придется напомнить, что говорил президент год назад. Выступая на ХІІ сессии Ассамблеи народов Казахстана 24 октября 2006 года, Нурсултан Назарбаев довольно много времени посвятил разговору о государственном языке. В числе различных поручений прозвучало и такое: «… нужно вернуться к вопросу о переходе на латиницу казахского алфавита. Мы в свое время отложили его. Все же латинская графика доминирует сегодня в коммуникационном пространстве. И не случайно многие страны, в том числе и постсоветские, перешли на латиницу. Специалисты в течение полугода должны изучить вопрос и выйти с конкретными предложениями.
Обучение наших детей английскому языку уже предполагает латинский алфавит. Так что ничего страшного в этом нет.
Конечно, мы не должны допускать здесь торопливости и изучить все плюсы и минусы…».

Нет нужды говорить, что эти слова всколыхнули общество, причем, вопреки опасениям, с мест не раздалось воплей о зажиме русскоязычных, о геноциде нетитульных и т.д. Напротив, оценивалась эта инициатива президента сугубо положительно. И с точки зрения обновления языка и повышения вследствие этого интереса к нему неказахов, и с точки зрения «обретения корней» - многие тюркские народы используют латиницу, так что Казахстан, сделавший тот же шаг, очутится не в изоляции, напротив, окажется в дружной кипчакской семье. Подобное направление мыслей отразил, например, Мурат Ауэзов, заговоривший о перспективной возможности унификации латинского алфавита для всех тюркских народов, уже использующих его. Что это значит в глобальном смысле – ясно любому. Отверг М. Ауэзов и нездоровые опасения: «Я слышал также мнения о том, что если казахская письменность будет переведена на латиницу, богатейшую библиотеку страны нужно будет перепечатывать и переиздавать. Ничего подобного. Вся литература, напечатанная в Казахстане за десятки лет, будет доступна читателю, поскольку удержание русского языка уже означает намерение не забывать кириллицу».

Словом, общество в целом, исключая отдельных сомневающихся и опасающихся, перспективу перевода казахского алфавита на «латиницу» восприняло положительно. Казалось бы, что еще нужно правительству? Ведь самое сложное, по сути, уже преодолено – сопротивление народа. Его попросту нет. И не будет, если грамотно и взвешенно объяснить все плюсы этого перехода.

Впрочем, мы говорим о том, что было в «другом Казахстане» - 2007 год изменил страну до неузнаваемости, исчезли любые положительные тенденции развития страны. По сути, на дворе сейчас не 2007 год, а 1970-е, время политического застоя, экономического спада, роста социального недовольства, а над всем этим нависает левобережная Астана, нагло и цинично врущая своим гражданам в лицо.

Возможно, именно поэтому исполнение поручения президента по изучению специалистами вопроса о переходе и предоставлению каких-то конкретных предложений растянулось не на полгода, а на год. В конце октября 2007 года комитет науки министерства образования предоставил на обсуждение «предварительную аналитическую справку» «О переходе казахской письменности на латинскую графику».

В этой справке много золотых слов, аргументировано доказывающих необходимость перевода казахской письменности на латинскую графику, свидетельствующих, что трудности, с которыми столкнулись другие государства, пошедшие тем же путем, вполне преодолимы. Более того, специалисты Минобраза, несмотря на «предварительность» своей аналитической записки рискнули даже набросать приблизительный график процесса перехода:
«Первый этап: изучить опыт зарубежных стран. Произвести экономический расчет и объема финансирования перехода на латиницу (командировки, разработка алфавита, разработка программы, введение в компьютер, обучение новой графике, издание газет, журналов, учебников, пособий и, наконец, перевод на латиницу научных трудов и художественных произведений). Это, вероятно, займет 5-7 лет (2007-2012 гг.).
Второй этап: разработка алфавита, компьютерной программы и введение в компьютер. Время – 1,5-2 года (2012-2014 гг.)
Третий этап: издание первостепенных материалов: учебников для школ и вузов, издание газет и журналов. Очевидно, в первое время (1 год) надо будет печатать на двух алфавитах один и тот же материал. На это уйдет минимум 2-3 года (2012-2014 гг.).
Четвертый этап: одновременно начать в школах и вузах обучение новой казахской графике. Этот процесс первоначально охватывает 3-4 года (2017-2021 гг.), а затем должен продолжаться на все время учебы в школе и вузе (7-8 лет).
Пятый этап: перевод научных трудов, особо необходимых для школьных и вузовских программ, а также художественных произведений, изучающих в школах и вузах. Это должен происходить параллельно с обучением и продолжаться несколько лет, примерно 7-8 лет.
Шестой этап и далее: перевод на латинскую графику всей классики казахской литературы и фольклора, научного и культурного наследия. Это может длиться два-три десятка лет».

Абсолютно точно, что в данном случае чиновники перестраховались и накинули какое-то количество лет сверху, на самом деле, при соответствующем государственном и общественном стремлении реализовать данные предложения можно и в более сжатые сроки, особенно если некоторые этапы отрабатывать параллельно, а не последовательно. 
По крайней мере, эта аналитическая записка содержит и солидное обоснование, и механизмы реализации. Чего не скажешь о Концепции, написанной не ради движения вперед, а ради бурного топтания на месте. И это – еще на целых три года.

В эти три года правительство предполагает решить следующие задачи:
«…совершенствование законодательства по вопросам государственной языковой политики;
повышение роли государственного языка как фактора укрепления межнационального согласия и казахстанского патриотизма;
улучшение качества обучения государственному языку;
расширение информационного пространства государственного языка и повышение эффективности стратегического планирования в сфере языковой политики». О «латинице» здесь ни слова. Возможно, они появятся в той части, где расписаны механизмы решения поставленных задач? Не обольщайтесь, «латиница» не встречается и в перечислении механизмов реализации главной цели Концепции – «создании нормативно-правовой базы и необходимых условий для повышения конкурентоспособности казахского языка как государственного языка Республики Казахстан». Получается, о ней вообще забыли?

Впрочем, оставим «латиницу» в покое. Разберемся, что же планируется сделать в рамках реализации этой Концепции на базе существующего кириллического алфавита.
Итак, совершенствование законодательства будет достигнуто путем:
«…совершенствования законодательства в части расширения сферы функционирования;
регулирования функциональных аспектов внедрения системы оценки уровня владения казахским языком «Казтест»;
укрепления статуса государственного языка, с учетом современных реалий, повышения его конкурентоспособности;
введения в практику проведения коллегий, международных переговоров и соглашений, официальных мероприятий на государственном языке государственными органами и всеми организациями независимо от их форм собственности…». Сразу возникает ряд неприличных вопросов. Что подразумевается под этими «совершенствованием», «регулированием», «укреплением» и «введением», какие именно шаги? Как можно «укрепить статус государственного языка», как «повысить его конкурентоспособность»? Что за «официальные мероприятия» на государственном языке будут проводить организации «независимо от форм их собственности»? Как, интересно, убедить-заставить стопроцентно русскоязычную частную компанию проводить такие мероприятия? Нет ответа. Не придумали.

Идем дальше. Задача «повышения роли государственного языка как фактора межнационального согласия и казахстанского патриотизма» будет решена такими методами:
«…создание необходимых организационных, материальных и технических условий;
осуществление системных мер организационного и информационно-идеологического характера в соответствии с Конституцией Республики Казахстан, Законом «О языках в Республике Казахстан» и другим законодательством;
активизация разъяснительно-пропагандистской работы, особенно среди молодого поколения через средства массовой информации;
материальное и моральное стимулирование ученых, деятелей культуры и искусства, представителей национально-культурных центров в участии в работе по пропаганде государственного языка;
осуществление мер через принципы поэтапности, последовательности, единства целей, отказ от излишней политизации;
осуществление мер по повышению в обществе языковой культуры, формированию языковой среды в целях повышения роли государственного языка…».

Опять же – сплошные вопросы. Какие организационные, материальные и технические условия необходимы, кто должен их «создавать»? Что такое «системные меры организационного и информационно-идеологического характера»? За что материально стимулировать «деятелей культуры и искусства», если они уже работают в сфере казахского языка и им самим жизненно необходимо, чтобы как можно большее количество наших граждан владели языком, на котором творят эти деятели? Зачем им платить деньги за пропаганду? Это они сами должны, без всякой морально-материальной стимуляции, пропагандировать язык, призывать к его изучению, иначе, простите, зачем тогда вообще нужны такие деятели, неспособные создавать шедевры, которые вызывали бы интерес к языку, побуждали изучать его? Причем тут «излишняя политизация», коль скоро вопрос о расширении сферы применения государственного языка является одним из важнейших политических вопросов? Какие меры предлагаются в рамках повышения «языковой культуры»? Зачем «формировать языковую среду», если она уже сформирована и без чиновников, а задача состоит в расширении ее?

«Создание необходимых условий для овладения государственным языком сотрудниками государственных органов, всех организаций независимо от их форм собственности, гражданами страны будут реализовываться через:
организацию системы обучения государственному языку, на основе принципа непрерывности, как части общей культуры общества;
расширение сети дошкольных организаций, в которых воспитательный процесс осуществляется на казахском языке в целях прививания детям дошкольного возраста навыков социальной коммуникации;
воспитание языковой культуры в общеобразовательных школах и использование новых оригинальных учебников, пособий, в том числе электронных словарей;
улучшение качества обучения государственному языку в высших учебных заведениях в целях обеспечения успешной интеграции выпускников вузов в социальное и лингвистическое пространство;
совершенствование программ обучения казахскому языку в школах с русским языком обучения и других национальных школах;
повышение эффективности работы центров, занимающихся вопросами развития государственного языка, работа которых должна быть направлена на конечный результат и оцениваться не только количественными, но и качественными параметрами». Из этого отрывка следует, в первую очередь, что «системы обучения государственному языку» до сих пор не существует, иначе зачем ее «организовывать»? Спрашивается, чем занималось государство на протяжении шестнадцати лет, в течение которых граждан Казахстан непрерывно агитировали за государственный язык, прекрасно понимая, что системы обучения ему – нет? Остальное – прежнее пустословие, без перечисления конкретных мер.

Наконец, «расширение информационного пространства государственного языка и повышение эффективности стратегического планирования в сфере языковой политики будет осуществляться путем:
использования современных информационных технологий, компьютерных программ, Интернета и дистанционного обучения;
повышения престижа теле- и радио программ по развитию государственного языка, способствующих воспитанию языковой культуры;
стимулирования интересов детей к знанию казахского языка, повышения эффективности воспитательной работы среди детей и молодежи;
пополнения веб-сайтов государственных органов качественной информацией и созданию электронной базы данных на государственном языке;
разработки программ в сфере информатизации, которые должны способствовать всестороннему развитию и расширению казахского сегмента в сети Интернет;
создания единой базы данных по образованию, науке, культуре, технологическому обмену, статистике и другим сферам;
формирования системы мер, которые будут способствовать сохранению норм литературного языка в теле- и радиопередачах, изданиях, учебниках, книгах, рекламах, объявлениях, написаниях географических названий и др.». Большинство этих мер упирается в поднятый нами ранее вопрос о переходе на «латиницу» - быть ему или не быть? Если быть, то многие из перечисленных мер в данный момент будут пустым расточительством государственных средств. Впрочем, меня больше интересует вопрос касательно «стимулирования интересов детей к знанию казахского языка, повышения эффективности воспитательной работы среди детей и молодежи». Даже два вопроса: объясните, что такое «стимулирование интересов детей» и как оно достигается, а также непонятно, как повысить эффективность воспитательной работы среди детей и молодежи, если таковая вообще не проводится? Дети, встав с горшка, кладут матом так, что даже у меня уши в трубочку сворачиваются, молодежь же… Чиновникам, написавшим
это, советую пару раз сходить в кинотеатры на вечерние сеансы, просто пройтись по Арбату, зайти в любой ночной клуб, желательно, победнее. И на практике, так сказать, оценить качество воспитательной работы среди детей и молодежи.

Не понимаю, как повернулась рука у авторов Концепции в завершении выстукать вот это: «В целом реализация Концепции будет способствовать:
улучшению качества обучения государственному языку;
обеспечению функционирования государственного языка во всех сферах общественной жизни;
повышению роли государственного языка как фактора укрепления межнационального согласия и казахстанского патриотизма;
формированию эффективного информационного пространства государственного языка». Лавры Кассандры меня не прельщают, однако, на мой взгляд, реализация этой Концепции не будет способствовать всему этому. Через три года мы останемся на том же месте, что и сейчас, в языковом вопросе. Несмотря даже на увеличение документооборота на казахском языке. Компании просто наймут переводчиков.
А хотелось бы – учителей…

Публикация 11

Политика серых масс

14.11.2007

Антон Сопранин

Всем нам пришлось испытать странное чувство – как будто все мы, вся страна, дружно переехали. Не в пространственном смысле, конечно. Мы в считанные месяцы переехали в иную эпоху, в иной Казахстан. То, что мы живем в новой стране, следует из нескольких изменений, которые, в свете произошедшего, можно счесть глобальными:
- в новом Казахстане свобода слова находится на грани запрещения;
- в новом Казахстане однопартийный парламент и нет самовыдвиженцев;
- и, наконец, в новом Казахстане фактически исчезло явление под названием «группа Рахата Алиева/Дариги Назарбаевой»;
- а это, в свою очередь, стало завершением процесса по выдавливанию из политического пространства весомых и авторитетных политиков.

На последних двух утверждениях остановим особое внимание. Начнем с последнего.
В Казахстане не осталось легитимных политиков, обладающих авторитетом в обществе. Заманбек Нуркадилов и Алтынбек Сарсенбаев – каждый, безусловно, обладал серьезной общественной значимостью - погибли при невыясненных обстоятельствах. Жармахан Туякбай, Булат Абилов, Ораз Жандосов, Амиржан Косанов – потеряли общественное доверие за два года, проиграв выборы, фактически не поддержав пострадавшее население (шахтеры, дети ЮКО), играющие пассивную роль во взаимосвязанных скандалах со сливом телефонных разговоров и наступлением на бумажные и сетевые СМИ. Имангали Тасмагамбетов оказался в двойственном положении друга казахской культуры и врага казахского народа, к которому прибавляется новый скандал – с домовладениями в Бутаковке, которые еще неизвестно каким боком повернется к акиму Алматы. Рахат Алиев потерял статус старшего президентского зятя и нынче живет в Австрии. Кстати говоря, в глазах общества произошел значительный рост его, скажем так, политического авторитета. Еще вчера трудно было бы представить сетевые дебаты относительно виновности Р. Алиева в преступлениях, о которых пишет газета «Время», сегодня они проходят все чаще с перевесом в пользу эмигранта. И все же Рахат Алиев  уже стал заочно подсудимым в деле о похищении сотрудников «Нурбанка», так что его возвращение в страну значительно откладывается.

Наконец, Дарига Назарбаева в течение двух лет (2006-2007) была выдавлена из политического поля и информационно-политического пространства страны. Возможно, ей еще доверят провести очередной Евразийский медиа-форум. Информационная площадка, после всех прошлых возможностей Дариги Назарбаевой больше напоминающая клетку.

Можно сказать, что это – плата за грехи ее мужа, однако можно расценивать произошедшее с Д. Назарбаевой как планомерно осуществленную операцию. Причем первая ее часть была выдана за превентивные действия, в то время как вторая разоблачала истинные намерения сценаристов этой операции – в первую очередь, чрезмерностью наказания, которое понесла бывшая супруга Р. Алиева. О материальной стороне вопроса судить не будем, в данном случае мы видим информационную и политическую изоляцию, а что было предложено взамен – не суть важно. Потому что в последнем вопросе нам видится выгода одного человека, в то время как в первом – потери, которые несет наше общество.

По сути, за два с лишним года мы лишились более-менее значимых публичных политиков, рассматриваемых в плане возможных преемников Н. Назарбаева на посту главы государства. Всех, кроме Галымжана Жакиянова («народного преемника»), который осмотрительно (и вынужденно) держится в стороне от громких процессов.

Поле расчистилось, и что видим мы, когда рассеялся дым баталий? Однопартийный парламент с нулевым количеством ярких и самостоятельных политиков. Безликое правительство, начальник которого, похоже, главной целью поставил насаждение «культа личности». Партийного монстра «Нур Отан», оккупировавшего все подступы к власти, причем на всех ее уровнях, удивительно серого в своей массе, коль скоро главным публичным деятелем от партии является Ермухамет Ертысбаев, по совместительству министр информации и культуры, который «не в курсе» блокировок общественно-политических сайтов, а между тем озабочен проблемой «законодательной регуляции» Интернета.

Торжество политической серости позволяет предположить, что процессы (силовые акции и т.д.), в результате которых мы не досчитывались очередного яркого публичного деятеля, связаны между собой или контролируются одним центром. Который явно заинтересован именно в такой топографии политического поля – где все активные участки закрашены одним серым цветом.

Одну из стратегий, применяемых этим контролирующим центром, можно изучить на примере падения Дариги Назарбаевой, активного политического деятеля.

Первая часть стратегии: Операция «ДеАСАРизация»
Пожалуй, только с позиции сегодняшнего дня мы можем сказать, ради чего была упразднена партия «Асар». В 2006 году версии ходили самые разные – от усиления «Отана» до недовольства самостоятельной политикой Дариги Назарбаевой. Сегодня мы можем сказать, что определенно тогда уже начала разрабатываться операция «Рахатгейт» и группу Дариги Назарбаевой/Рахата Алиева спешно освобождали от опасных ресурсов. Давление на «Хабар» и «Алма медиа» Ермухамета Ертысбаева позволило власти начать переговоры с Д. Назарбаевой, и уже к апрелю 2006 года в Астане было известно о скором слиянии «Асара» и «Отана». Подробности появились в мае, когда стало ясно, что никакой альтернативной партии, куда войдут члены «Асара» и «Отана», организовано не будет. Просто партия Назарбаевой, дружно проголосовав «за», распустит «Асар» и дружно вольется в состав партии президента.

Именно тогда Дарига Назарбаева нанесла упреждающий удар, изрядно спутавший карты Астане. На партийной городской конференции «Асара» в Алматы Дарига Назарбаева объявила, что в стране витает идея о слиянии пропрезидентских партий в одну структуру, поэтому «Асар» предлагает – и далее следовал список ультимативных предложений, во главе которых партия требовала организации «третьей» политической структуры, куда войдут те, кто пожелает самораспустить свои организации. У этой третьей партии должно быть новое название, партийный лидер, свобода внутрипартийных дискуссий, фракций и т.д. Между тем, информационный план продвижения идеи о слиянии партий предполагался, судя по всему, иной: партия «Отан» как бы сливала журналистам информацию о том, что планируется слияние с «Асаром», потом эта информация подтверждалась официально, представителями «Отана», наконец, партия «Асар» должна была провести внеочередной съезд, на котором все единогласно решат – слиянию быть. И в завершение всего – внеочередной съезд «Отана», где все это и произойдет. В сущности, в пункт назначения операции попали практически без потерь, не считая моральных, естественно. Интервью с официальным подтверждением будущего «корпоративного поглощения» появилось, однако такой информационный выверт Дариги Назарбаевой изрядно напряг, это напряжение чувствовалось и на IX съезде «Отана», накануне которого, по нашей информации, так и не было ясно – провели «асаровцы» съезд с решением о присоединении к «Отану» или нет.

Однако все завершилось благополучно. Дарига Назарбева огласила заявление своей партии, президент всех поздравил с возвращением к родным пенатам. Первая часть стратегии завершилась.

Вторая часть стратегии: выгнали под шумок
Дарига Назарбаева вошла в число заместителей председателя партии, однако исполняющим обязанности был оставлен Бакытжан Жумагулов. Это создало некую напряженность в составе руководителей партии, которая пару раз прорывалась в СМИ в виде перепалок между Б. Жумагуловым и Д. Назарбаевой. Кроме того, экс-лидер «Асара» в составе «Отана» целенаправленно продолжила осваивать поле социальной политики, несколько раз выступив со статьями в поддержку металлургов «Казахмыса» и шахтеров Караганды и области. Это шло вразрез с правилами партии «Отан», и.о. председателя которой избегает любой критики в адрес сильных мира сего, славится своей политической осторожностью. Дарига Назарбаева втягивала партию «Отан» в конфликт. Так что логично было предполагать лобовое столкновение между осторожным Б. Жумагуловым и Д. Назарбаевой, для которой авторитетов в Казахстане, собственно, не существует. Однако его не произошло, так как в действие пришла активная фаза «Рахатгейта», и на съезде «Нур Отана» под шумок был почищен партийный список. Дарига Назарбаева не только не попала в числе кандидатов в депутаты от партии, но и потеряла место заместителя председателя «Нур Отана».

Как дальше?
Примечательно, что на примере одной только Дариги Нурсултановны можно говорить о бойкоте целой плеяды казахстанских деятелей, чьи имена широко известны в мире. Выдавленные из казахстанской политики, многие из них могли бы очень многое сделать в рамках так называемого «странового брендинга». Неужели бывший лидер бывшего «Асара» мало сил отдала пиару нашей страны? Один только Евразийский медиа-форум должен был заметно повлиять на карьеру талантливой дочери – идея и воплощение ЕМФ достойны того, чтобы автор продолжил работу в новом статусе – скажем, заместителя министра иностранных дел.
 
Тем более, что в международной политике есть очень интересная деталь – общественное мнение за границей не всегда формируют главы государств или министры иностранных дел. Молодые и яркие менеджеры, которые занимаются продвижением страны по отраслям, демонстрируя креативный подход и нетривиальный взгляд на вещи – вот кто настоящие звезды, к которым зачастую приковано больше внимания, чем даже к самым энергичным политикам.

И в этом смысле, отступление президентской дочери на третьи роли, пусть даже и по вполне объективным причинам, -  может нанести непоправимый вред стране. И речь идет даже не о политическом дисбалансе, делающем среднего президентского зятя почти всемогущим. Речь идет о вреде косвенном, когда вся креативная часть нашей страны получила метасообщение от власти – государство в молодых и талантливых менеджерах не нуждается.

Вот только так ли это на самом деле?

Публикация 10

На спецслужбе Отечеству

11.11.2007

Антон СОПРАНИН

В минувшие выходные на Интернет-сайте «Куб» появилась очередная распечатка телефонных разговоров, где якобы известные в стране чиновники высшего ранга и крупные бизнесмены якобы обсуждают актуальные вопросы казахстанского партстроительства. Очередная порция компромата и молчание отечественной элиты по этому поводу снова выносит на острие обсуждения вопрос эффективности отечественных спецслужб.
Вне зависимости от того, фальшивые ли записи разговоров выкладываются во всемирной паутине или нет, на репутации наших чекистов снова появилось пятно, которое отмыть невозможно. Можно даже сказать больше: если проанализировать все самые громкие политические события последних лет, создается устойчивое впечатление, что отечественную Лубянку кто-то пытается подставить. Печально, что «кому-то» это удается. Есть ли будущее в казахстанских чекистов? Наш обозреватель постарался ответить на этот вопрос.    

Вопреки стенаниям оппозиции, спецслужбы – необходимый атрибут любого государства, которое пытается активно отстаивать свои интересы и защищать свое общество на мировой политической арене. В условиях реальной угрозы международного терроризма, от которой не избавлена никакая страна мира (например, даже символическое участие испанских военных в иракской кампании привело к взрывам в Мадриде и многочисленным жертвам среди невинного населения этой страны), спецслужбы становятся не просто необходимой роскошью, а одним из наиболее важных институтов государства.

Но не одна контртеррористическая деятельность определяет важность наличия спецслужб. Угрозу безопасности и суверенитету могут представлять и цивилизованные государства, и транснациональные компании, и соседние государства, мировые секты, внутренняя и внешняя преступность, коррупция в родных органах власти. Казахстану в полной мере угрожают все перечисленные факторы:

- так называемые цивилизованные государства вроде США или России пытаются влиять на нашу государственную политику, используя как методы прямого воздействия (переговоры, заявления, экономические и политические санкции), так и методы косвенного влияния – через гражданский сектор, через активных отечественных политиков и политические организации, путем провокаций и политического шантажа;

- транснациональные корпорации излучают постоянную угрозу экономического захвата и контроля системообразующих предприятий и институтов страны, причем вынужденно мы уже отдали им огромные доли в добыче нашей нефти;

- Казахстан находится в очень сложном регионе, окруженный потенциально нестабильными государственными системами Киргизии и Узбекистана, главной характеристикой которых является отрицательный социальный фон, кроме того, такое соседство усугубляется еще и противоречиями в вопросе совместного использования скудных водных ресурсов региона между всеми его субъектами;

- Казахстан ведет очень щадящую политику в религиозных вопросах, в результате которой в стране буйным цветом цветет сектантство, суеверие, действуют даже т.н. кризисные культы вроде «сатанистов», в то время как официальные религии – ислам и православие – теряют паству;

- преступники вообще отрицают государственные границы, так что организованные преступные группировки внутри страны активно взаимодействуют и сотрудничают с зарубежными «коллегами», прежде всего, на всем постсоветском пространстве, в нашем случае ситуация усугубляется еще и региональными проблемами: трафик наркотиков, каналы которого проходят через нашу страну, большие объемы незаконного оборота оружия, в том числе и «серьезного» - мины, бомбы, ракеты;

- стоит ли говорить о коррупции, которая стала неотъемлемым явлением государственного управления?

Таким образом, мы видим, что Казахстану для дальнейшего его функционирования в качестве полноценного государства необходимы в настоящий момент и в обозримом будущем сильная и профессиональная спецслужба, армия и правоохранительные органы. Есть ли все это у нашей страны?

Ответ однозначен – нет. Правоохранительные органы и армию разъела коррупция и непрофессионализм, КНБ в прошлом году подвергся кадровым чисткам, в этом году, видимо, чистки повторятся. Нужны реформы, а вместо этого мы имеем скандалы. В чем дело?

Посмотрим на ситуацию с несколько неожиданного ракурса – через российскую призму. Когда отдельные политологи утверждают, что процессы госуправления в России и Казахстане схожи, они упускают из виду главное – социальные характеристики наших обществ, которые давным-давно перестали быть идентичными, вследствие чего и политические процессы, даже если один калькирован с другого, будут давать поразительно непохожие результаты. Поэтому обратимся не к историям о том, «как Н. Назарбаев посадил Г. Жакиянова», после чего «В. Путин посадил М. Ходорковского», а к более приземленным вещам. Таким, например, как сопоставление уголовных характеристик наших обществ.

Несмотря на то, что список преступных деяний казахстанских ОПГ не менее впечатляет, чем аналогичный перечень из России, мы сразу найдем отличия между отечественной преступностью и преступностью нашего северного соседа. Наши ОПГ, какими бы знаменитыми не были, не сумели сделать того, что смогли совершить российские преступники – проникнуть в систему власти, стать частью государственного управления. Плацдармом послужила Государственная дума, ставшая собранием довольно странных (и страшных) людей. Произошло это на волне путчей 91 и 93 годов, когда российское общество потеряло любую связь с реальностью и на ура воспринимало всякое наступление на власть, особенно если оно происходило конкретно против традиционно нелюбимых в России правоохранительных органов. Чем и занялись посланцы российских ОПГ, получившие мандаты депутатов, то есть, законодателей. Либерализация уголовного законодательства явно была сделана в интересах преступного сообщества России, а не законопослушных граждан, поскольку докатилась даже до такого маразма, как отъем оружия у части действующих сотрудников правоохранительной системы, что сделало фактически невозможным исполнение одной из главных их миссий – предотвращение преступных деяний. Как может милиционер, вооруженный голыми руками, противостоять банде отморозков, оснащенных ножами, бейсбольными битами или огнестрельным оружием, которые среди бела дня напали на жертву? Да никак – вот и гибнут российские менты сотнями, а менее принципиальные превращаются в «оборотней» и питаются с рук преступности, против которой должны бороться.

То, чем занимается Владимир Путин, и называется – посильное исправление ошибок «ельцинской эпохи», ибо именно она породила это явление. То есть, во многом репрессивная и немногим понятная политика Кремля, однозначно трактуемая как наступление «на бизнес», «на свободу слова» и т.д., по ряду признаков является выкорчевыванием из власти и экономики страны агентов российских преступных сообществ. А это – безусловно, обновление страны.

В Казахстане же происходят обратные российским политические процессы – стагнация или даже деградация системы государственного управления, то есть, к нам приходит тот самый бардак «ельцинской эпохи», когда под шумок происходят политические провокации, принимается много продиктованных под грохотание кризисных обвалов заинтересованными лицами решений. Тенгиз, Маловодное, Маятас – разве не напоминает вам это портрет России начала-середины 90-х с ее бесконечными бандитскими разборками, перестрелками, заказными убийствами. Только у нас беспредел приобрел окрас «национальной борьбы» или «межнациональных конфликтов». Поскребите любой из упомянутых конфликтов – обязательно обнаружатся экономические (политические) корни. И в этом свете проколы КНБ Казахстана видятся более как провокации против спецслужбы, кроме того, мы видим, как нагнетается истерика, слышим явно продуманные вопли о «безнаказанности» и «вседозволенности» чекистов, при этом вопящие вспоминают Феликса Эдмундовича, хотя каким боком он относится к казахстанскому КНБ, не совсем понятно. В прошлом году, после преступления «арыстановцев» (все обвиняемые утверждали, что выполняли приказ!), общество сполна наслушалось и накричалось об «упырях» в штатском, в этом году, судя по всему, о том же, на своих дорогих кухнях и на тусовках шепчется элита, внезапно ощутившая себя под колпаком. Завтра эта элита будет требовать от президента осадить спецслужбы, потом объявится какой-нибудь законопроект, естественно, запрещающего свойства. Мы проводим аналогии с маразматическими изменения в УК РФ, согласно которым, например, сейчас за убийство с отягчающими российские суды в среднем дают всего 11,5 лет, а без оных – 8,5. Плюс возможность досрочного освобождения. Сегодня российские рецидивисты имеют по пять серьезных судимостей (грабежи, разбои), в то время как в СССР, например, два срока за грабеж и разбой – и все, жизнь прошла за решеткой. Теперь эта ситуация исправлена, причем в обратную сторону – сегодня в России на скамье подсудимых быстрее может оказаться следователь, ведший дело, нежели объект этого дела. Именно до подобного законотворческого маразма могут дойти и те, кто решит «осадить» у нас спецслужбы.

Впрочем, казахстанским силовым органам и без того навредили, превратив их в инструмент политического давления и криминальных разборок. В этом видится, кстати говоря, и комплекс бывших советских номенклатурщиков, долгие годы живших под бдительным оком КГБ, цепного пса КПСС, и вот сейчас, в эпоху независимости, словно в отместку, пользующих силовые органы как свои частные лавочки. Это извратило сознание тех, кто, по логике, стоит на страже общественных, а не частных интересов. Они привыкли к чинопочитанию, к приоритетности просьбы «агашки» перед служебным долгом, потому что за неисполнение долга тебе явно ничего не будет, между тем как неудовлетворенный «агашка» может сильно попортить карьеру отказавшему.

Следовательно, реформы в любом случае назрели, и в этом смысле интересы общества и предполагаемых противников казахстанских «чекистов» совпадают. Однако не факт, что при их подготовке (если, конечно, целью предполагаемых провокаций ставится изменение соответствующей законодательной базы) будут учтены реальные интересы общества, а не отдельных его представителей, потому что между ними – реальное противоречие. Обществу нужна такая специальная служба, при существовании которой стало бы невозможным или крайне затруднительным нынешняя ситуация, в условиях полуразложившейся от коррупции системы власти. Естественно, подобное неприемлемо для тех, кто «заказывает музыку» в ситуации с КНБ.

Так что, вполне возможно, что и реформы «по заказу» пройдут не через прозрачную законотворческую инициативу, а кулуарно, методом репрессий и публичной информационной расправы над основной спецслужбой Казахстана. Этого достаточно, чтобы понизить авторитет и вес КНБ в системе казахстанской элиты и системе государственного управления, например, до уровня и веса Министерства по ЧС при ликовании «большинства» (по крайней мере создавать эффект массовости наши СМИ научились).

Падение КНБ обнажит мощный фронт, который, несмотря на периодические отвлечения на исполнение «несвойственных» функций, удавалось пока сдерживать – здесь и терроризм, и экстремистские секты, и внутренние экономические преступники. Разгул этих стихий окончательно погрузит нас в тот беспросветный ужас, через который прошла в свое время Россия. Для тех, кто замышляет все это, обстановка будет идеальной – рыбку лучше ловить в мутной водице.

Публикация 9

Расставленная сеть

30.10.2007

Антон СОПРАНИН

В прошлом году Интернет отмечал серьезное событие – появление стомиллионного сайта. Вопреки ожидаемому удовлетворению от темпов развития своего детища (каких-то 10 лет назад сайтов во всемирной Сети насчитывалось всего 18 тысяч), создатель языка HTML англичанин Тим Бернерс-Ли считает, что «web грозит коллапс… Очень скоро могут начать действовать антидемократические силы, и в этот момент начнет осуществляться систематическая манипуляция информацией», - сказал вместо торжествующего тоста профессор «компьютерных наук» и директор World Wide Web Consortium. – «Очень важно исследовать эти силы и используемые ими технологии» - считает Бернерс-Ли.

Во исполнение этой благородной цели профессор начал собирать международную команду специалистов в различных областях, которая бы тщательно изучила Сеть во всех ее аспектах, от непрекращающегося технологического обновления до непредсказуемых коллективных феноменов. Новая наука – интернетология, то есть, изучение Интернета – именно так хочет обозвать все это предприятие отец-основатель. Естественно, в конечном итоге будет создана новая, более совершенная, чем нынче, Сеть. 

На такой подвиг, как изнурительное кибер-путешествие по всем ста миллионам сайтов, с составлением карты, с одновременной координацией действиями ученых патрулей, исследующих участки киберпространства, Тима Бернерса-Ли подвигло одно соображение – что вскоре через Сеть антидемократические силы начнут формировать нужное им мнение.

Наша страна, похоже, равно далека как от статуса демократического государства, так и от информационных поводов вроде «влияния Интернета на мысли и чувства пользователей». Как уже цитировали на сайте «Позиция.kz» Юрия Мизинова известного веб-редактора, в нашем случае вопрос решается «мужиком с топором»: «18 октября после обеда для пользователей казахстанского сегмента Интернета был закрыт доступ на сайты www.zonakz.net, www.kub.kz и www.geo.kz. 19 октября после обеда доступ на указанные сайты был открыт, но около 22 часов сайты были вновь заблокированы и с тех пор уже не открывались. Через сутки вечером 22 октября был заблокирован веб-сайт www.inkar.info» - говорилось на пресс-конференции с участием Юрия Мизинова, владельца проекта «ЗонаКЗ», Сергея Дуванова, продюсера Интернет-радио «Инкар» и Тамары Калеевой, руководителя общественного объединения «Адил соз». 

В качестве причины журналистам была предложена такая: ограничение доступа казахстанских пользователей (при этом не всех, а лишь пользователей «Казахтелекома», правда, таких, вероятно, большинство) к опубликованным на одном из заблокированных сайтов расшифровкам телефонных переговоров, которые, предположительно, ведут между собой члены отечественного истеблишмента. Разговоры эти не отличаются культурой речи, из них можно понять, как и кем было сфабриковано уголовное дело Р. Алиева. Но ведь сам факт затруднения доступа казахстанских пользователей к материалам, размещенным на них, ставший возможным, как говорят, в результате действий отечественного провайдера «Казахтелеком» (либо самостоятельно, либо в сговоре с российской стороной), неопровержимо свидетельствует – расшифровки подлинны! В противном случае в ход были бы пущены PR-технологии, о чем справедливо недоумевал на брифинге Юрий Мизинов – видимо, не все так просто с этими расшифровками, если решили просто-напросто повернуть рубильник.

Несмотря на определенную уверенность в том, что блокировки сайтов – это скорее превентивный удар, направленный на то, чтобы помешать выложить какую-то настоящую бомбу, которую ждут от авторов расшифровок (читай: от Р. Алиева), и, следовательно, после того, как опасность минует, их снимут – есть все же соображение, что это – очень надолго. Слишком уж эти заглушки в духе прочих «политических преобразований», включая однопартийный парламент, пожизненное президентство и другие «милые» свидетельства всеобщей либерализации.

Слишком уж все это в духе отката назад «в светлое будущее», к той временной границе нашей советской истории, перед которой еще разрешены политические анекдоты, но есть и «психушки» для диссидентов, и КГБ, и запрет на профессии. За чертой – лагеря, продразверстки, коллективизация и «больше трех не собираться».

Словом, то, о чем так долго говорили казахстанские оппозиционеры, наконец-то начало сбываться – налицо все больше черт тоталитарного общества, проступивших сквозь маску «просвещенного авторитаризма», «управляемой демократии» и других складных эпитетов, сочиненных по большей части Ермухаметом Ертысбаевым.

И поскольку, согласно самой пессимистической оценке происходящего, заглушки сайтов – это надолго, давайте обратимся к международному опыту подобной Интернет-цензуры. Как знать, может завтра что-то из этого может стать и нашей реальностью? Реальные аресты за виртуальные мысли
В одном из последних докладов, которые организация «Репортеры без границ» готовит к всемирному дню свободы печати, отдельным пунктом речь шла о цензуре в Интернете.
«Репрессивные режимы активно пользуются возможностями вводить цензуру и препятствовать переменам и полемике во всемирной паутине», - говорится в докладе, и в то же время отмечается, что стремление наложить запреты на те или иные сегменты глобальной Сети становится присущим все большему количеству государств мира. «Цензуру можно встретить на всех континентах Земли», - отмечают авторы доклада.
Несмотря на это, внимание авторов доклада было сосредоточено на тех политических режимах, которые подпадают под собственное понимание «репортеров без границ» определения «диктаторский». Итак, по мнению авторов, диктаторские режимы не остались безоружными перед лицом активного развития всемирной паутины. Напротив, многие из них проявили «недюжинную смекалку» по части слежки за гражданами и цензуры общественной дискуссии.

В последние годы такие режимы осознали, что те, кого можно считать активными инакомыслящими, точно также активно ведут себя и в Интернете. Соответственно этому, изменился и характер «сетевой борьбы» с инакомыслием. Под особый контроль были взяты блоги и их авторы. Дело доходит до таких крайностей, как заключение блоггеров под арест, как, например, произошло в Иране с пользователем Моджтабой Саминежадом, которого посадили за размещение в сети материала, где были усмотрены выпады против ислама.

Но на первом месте в списке врагов Интернета, по версии «Репортеров», находится Китай, который расширяет свой контроль в Сети. Поначалу Пекин интересовался лишь политическим инакомыслием, но теперь власти следят и за проявлениями в Интернете общественного недовольства. За эмоциональные сетевые выступления в прошлом году китайские власти посадили 62 человек.

Тюремные сроки отбывают также и пользователи в Египте, Иране, Ливии, на Мальдивах, в Сирии, Тунисе и Вьетнаме.

Кстати говоря, во Вьетнаме, несмотря на победные реляции о достижении высоких стандартов в деле обеспечения свободы слова и права выражения своих мнений в СМИ, прозвучавшие в 2005 году на заседании правительства, в последние годы был принят ряд законов, направленных на ограничение свободного выражения мнения в Интернете. Наряду с применением технологий, позволяющих автоматически отфильтровывать и блокировать данные, в стране действует специальное подразделение полиции, отслеживающее и контролирующее пользователей. Власти Вьетнама поощряют самоцензуру и нагнетают атмосферу страха полицейским произволом и суровыми наказаниями за слишком длинный виртуальный язык.

Помимо «Репортеров», исследованием проблемы цензуры в Интернете занялась группа Open Net Initiative (ONI), организованная университетом Торонто в Канаде, Гарвардской юридической школой в США и Кембриджским университетом в Великобритании. Эксперты выбрали 41 страну, где имелась возможность «максимально полно познакомиться с надзором властей над Интернетом». Целый ряд стран Европы, а также США не были включены в исследование, так как цензуру сети в них, как правило, осуществляют не государственные органы, а частные компании. Результатом исследования стало обнаружение фактов селекции содержания Интернета в 25 из 41 стран.

Поражает не только число государств, равно поддерживающих развитие Интернета и селекцию его содержания, исследователи особое внимание акцентировали на скорости распространения этой привычки: «За пять лет число государств, практикующих фильтрацию сети, увеличилось с двух до 25», - сообщают члены группы. Они также упомянули увеличение масштабов, объема и изощренности цензуры в Интернете.

Рейтинговую таблицу исследователей из ONI возглавили Китай, Иран и Сирия. В списке также числятся Азербайджан, Туркмения, Таджикистан, Узбекистан, Бирма, Иран, Пакистан, Саудовская Аравия, Сирия, Тунис, Объединенные Арабские Эмираты и Йемен.
Наш сосед по Каспию, Туркменистан, решил проблему слежки за пользователями просто:  власти запретили Интернет дома, и им можно пользоваться лишь в Интернет-кафе.
При том, что Мьянма даже не попала в тройку призеров, именно в этом государстве, полагают исследователи, самая жесткая политическая цензура в Сети.

Что же касается так называемого социального аспекта - закрывается доступ на страницы, пропагандирующие, например, борьбу за права женщин или гомосексуалистов - то здесь первенство принадлежит Ирану, за ним следуют Оман и Саудовская Аравия.
Китай практикует самый распространенный вид цензуры - введение в Сети правил, не позволяющих искать информацию по определенным словам («демократия», «права человека»), а также установка специальных фильтров, запрещающих доступ к некоторым ресурсам.

Иранская цензура - одна из самых изощренных в мире. Большая часть используемых в ней фильтрующих технологий была разработана западными компаниями. Используя эти наработки западной научной мысли, иранское правительство практикует расширенную фильтрацию, чтобы блокировать информацию, сочтенную неприемлемой. Исследователи из ONI обнаружили, что 34% из 1465 протестированных URL для иранских пользователей заблокированы. Заблокировано много сайтов для геев и лесбиянок, а также сайты с щекотливым с политической точки зрения содержанием - 15% блогов и 30% информационных сайтов оказались недоступны. Сайты, предоставляющие информацию для обхода фильтрующих технологий, также оказались заблокированы в 95% случаев. Исследователи говорят, что, в основном, в Иране используется пакет под названием SmartFilter, разработанный американской компанией Secure Computing. Однако в Secure Computing предпочли заявить, что контролируемые государством иранские провайдеры используют их программу без разрешения.

Россия тоже борется с инакомыслием
Несмотря на то, что в списках врагов Интернета не оказалось ни Казахстана, ни России, наши соседи пытаются поставить Интернет под государственный контроль уже около десяти лет. В 1998 году появился проект закона об Интернете. На парламентских слушаниях независимые эксперты в пух и прах разнесли предложение госчиновников. Тогда законопроект так и не дошел до рассмотрения в нижней палате парламента. Но в 2002 году в процессе разработки законопроекта об экстремизме появилась и статья об Интернете. Предлагалось ввести ответственность провайдеров за материалы их клиентов. Это вызвало взрыв негодования онлайновой общественности, и ко второму чтению «интернетовская» статья закона превратилась в ничего не значащую отсылочную фразу. Позже мэр Москвы Юрий Лужков и сенатор Людмила Нарусова выступали с призывами «навести порядок в Интернете».

Наконец, последний сюжет российских сетевых войн – борьба с блогоманией, которая является попыткой компенсировать недостаток свободной прессы в России. Попытка эта впечатляет своими масштабами: Рунет в настоящий момент насчитывает не менее 1,5 млн блогов. Этот виртуальный русский мир приобрел такие масштабы, что иногда переходит в реальность. Так, в Екатеринбурге блоггеры, возмущенные беспрецедентными мерами безопасности во время визита Сергея Миронова, добились извинений.

Но вот бизнесмен Александр Мамут, известный своей близостью к Кремлю, покупает права на кириллические блоги на платформе американского Live Journal, где зарегистрировано большинство русских дневников. Считается, что этот шаг – очередной этап борьбы официальной российской пропаганды с сетевым инакомыслием.

Таким образом, борьба с сетевым вольнодумством, недопущение распространения в Сети «неудобной» информации, даже попытки диктовать социальное поведение пользователей – все это не является визитной карточкой Казахстана. Однако в нашем государстве все чаще и чаще обращаются к порочной практике запрета сетевого инакомыслия, постоянно расширяя список жертв государственной заглушки. 

А это, согласитесь, - дурная тенденция…

Публикация 8

За тело – не пострадает

22.10.2007

Антон СОПРАНИН

Совсем недавно стало известно, что на основании показаний одного из задержанных участников преступной группы Алиева в окрестностях Алматы были проведены поисковые мероприятия, в результате которых полицейские обнаружили останки тела. Сведения подельников Алиева, да и само место обнаружения останков – поселок Кольди, Алматинская область, территория, примыкающая к агроферме Мухтара Алиева – не исключают возможность того, что останки принадлежат одному из пропавших сотрудников «Нурбанка», в похищении которых обвиняется Алиев.

Несмотря на то, что тело было найдено словно в ответ на опубликованную неизвестными расшифровку телефонных переговоров казахстанского министра внутренних дел Б. Мухамеджанова с бывшим управделами президента В. Ни, нас заинтересовало оно как фактор, способный повлиять на процесс экстрадиции Алиева.

Итак, смогут ли изменить что-то в вопросе об экстрадиции Рахата Алиева найденные останки тела, если экспертиза покажет, что они принадлежат одному из пропавших банкиров, в похищении которых обвиняется бывший посол?

Для ответа на этот вопрос познакомимся, прежде всего, с историей самого процесса экстрадиции опального президентского экс-родственника, а также с юридическими нюансами международного законодательства о выдаче подозреваемых в совершении тех или иных преступлений лиц.

Решение о том, что Р. Алиев не будет выслан на родину, венский суд принял 8 августа текущего года, после того, как изучил материалы дела, предоставленные казахстанской стороной. Официальный представитель австрийской прокуратуры Герхард Ярош вердикт суда объяснил тем, что Р. Алиеву «не может быть гарантировано честное рассмотрение дела». Таким образом, Рахат Алиев был признан венским судом «полностью свободным человеком». «Австрийские власти не имеют к нему никаких претензий», - подчеркнул официальный представитель прокуратуры.

Естественно, это решение не могло прийтись по душе казахстанскому следствию. Уже на следующий день пресс-секретарь МВД Казахстана Багдат Кожахметов на специально созванном брифинге для СМИ метал молнии: «Наша республика оставляет за собой право воспользоваться всеми дозволенными методами и добиваться выдачи своих граждан, в том числе, обращаясь в суды других инстанций вплоть до международного суда…. Мы выражаем недоумение решением, принятым земельным судом Вены. Мы задаемся вопросом, как можно прийти к такому решению, выслушав только одну, причем очень заинтересованную сторону, и не принимать во внимание доводы другой стороны», - заявлял Б. Кожахметов. По его мнению, доказательства, собранные следствием по делу в отношении Рахата Алиева, были «неопровержимыми», а потому решение венского суда можно считать только политическим, и никаким иным.

В сущности, так оно и есть, об этом, в принципе, и говорил представитель австрийской прокуратуры: политическая ситуация в Казахстане такова, что за здоровье и жизнь Р. Алиева в условиях казахстанского заключения трудно поручиться. По крайней мере, либеральная Европа не хочет брать на себя такую ответственность. Тем не менее, МВД и Б. Кожахметов перевели разговор в плоскость собранных доказательств, которые, судя по тому, что адвокатов казахстанской стороны даже не пригласили на слушание, судом вообще не рассматривались: «Неопровержимые доказательства, собранные следствием, не только не принимались во внимание австрийским судом, но и, насколько нам известно, даже не рассматривались», - подтверждает наше соображение Б. Кожахметов.

Несмотря на это, правоохранительные органы Казахстана, похоже, не понимают, что дело в тупике – пока австрийцы не поверят, что в Казахстане Р. Алиеву ничего не грозит, подозреваемого нам не выдадут. Но, возможно, и понимают – и отчетливо представляют, что выполнить это требование далеко не в их силах. Поэтому, был взят курс на сбор еще более шокирующих улик. Таких, например, как найденное на прошлой неделе тело.

Заблуждение казахстанского следствия поддерживает адвокат казахстанской стороны Вольфганг Морингер, который считает, что «Для экстрадиции Рахата Алиева нужны убедительные факты». По его мнению, экстрадиция, о которой, кстати, был недавно отправлен повторный запрос, может быть отложена на неопределенное время. До тех пор, пока уголовный суд Вены, устанавливающий причастность г-на Алиева к похищению казахстанских банкиров, не соберет полную информацию по этому делу. Возможно, именно это требование и заставляет казахстанских «следаков» в буквальном смысле рыть землю и откапывать то телеведущую, то неизвестные останки, предположительно могущие и т.п.…

Если же смотреть на ситуацию, отрешившись от ее политической составляющей, которая только одна и требует ускорения процедуры экстрадиции (чем дольше Р. Алиев пробудет в недосягаемости от казахстанского правосудия, тем больше станет известно компрометирующих подробностей деятельности тех, кто стоит за этим правосудием), то вялотекущий процесс выдачи подозреваемого – как раз то самое, чего и следовало ожидать с самого начала.

И дело тут не в том, что европейцы уверены, будто казахи едят печень своего врага на ужин, не считаясь с его человеческими правами. Ускоренный порядок экстрадиции, на котором изначально в этой ситуации настаивал Казахстан, действует только между странами, подписавшими двусторонний договор об оказании помощи в выдаче лиц, подозреваемых в преступлениях. Между Казахстаном и Австрией такой договор не подписан.

Это переводит ситуацию с Алиевым в плоскость многостороннего международного договора о выдаче подозреваемых – Европейской конвенции об экстрадиции. К ней, во-первых, мы еще не присоединились, во-вторых, документ этот не предусматривает ускоренного рассмотрения запросов сторон, в-третьих, конвенция допускает возможность, что страна, на территории которой находится разыскиваемый, будет принимать решение о выдаче на основании своих внутренних законов.

Еще на начальном этапе специалисты говорили о, по крайней мере, полугоде необходимых действий. И то, лишь в том случае, если австрийской стороной будет принято в расчет, что Казахстан является последовательным сторонником возврата обвиняемых лиц на родину: только за первое полугодие нынешнего года в Казахстане задержано свыше 70 иностранных граждан, разыскиваемых правоохранительными органами других стран. И 65 из них к сегодняшнему дню Казахстан выдал. Надеяться было на что – за эти же первые полгода по требованию Генеральной прокуратуры РК было арестовано и выдано Казахстану 27 его граждан, скрывавшихся от правосудия.
А теперь мы расскажем то, что всерьез может расстроить надежды тех, кто желает выдачи Р. Алиева.

Еще в 2005 году, на республиканском семинаре-совещании, организованном по инициативе Генпрокуратуры, поднимались «проблемные вопросы в сфере международных отношений», кстати, такой была тема этого совещания. Присутствующий среди участников семинара начальник Национального Центра Интерпола в РК Амиржан Токсанбаев сообщил тогда, что в международном розыске по линии Интерпола находятся 152 гражданина Казахстана. 13 из них по так называемому «красному бюллетеню», то есть с целью ареста и экстрадиции. В их числе - бывший директор Фонда обязательного медицинского страхования Талапкер Иманбаев. Напомним, бывший глава ФОМСа находится в розыске Интерпола с 1998 года за похищение 3,5 млн. долларов. Так вот, местонахождение Иманбаева было известно еще в том, 2005 году – он проживал на территории Соединенных Штатов Америки. Однако начальник казахстанского Интерпола даже затруднился сказать, будет ли, наконец, он экстрадирован на родину и понесет ли он заслуженное наказание.

Так что вопрос о том, будет ли выдан Рахат Алиев казахстанскому правосудию, даже далек от закрытия и, судя по всему, не зависит от количества трупов, найденных и повешенных на эмигранта.

Публикация 7

Левизна не по-детски

15.10.2007

Антон СОПРАНИН

Катализатором непростых отношений народа и властных органов, происходящих на поле земельно-жилищных отношений, стал новый Земельный кодекс, который узаконил частную собственность на землю. С тех пор, со времени принятия этого Кодекса, земельно-жилищные отношения стали очень болезненной темой для многих жителей Алматы. И дело не в дороговизне жилья или соток земли. Точнее, как раз в этом, иначе скромные участки и жилплощади алматинцев не стали бы объектом пристального внимания ГКП «Алматы Жер».
Развитие противостояния привело, в конце концов, в «Шаныраке» к гибели молодого следователя. Ну а горожане 4 октября осадили здание городского суда г. Алматы, и потребовали встречи с его председателем. Мы живем в качественно новую фазу земельно-жилищных отношений, но для того, чтобы уловить тенденции этого этапа, обратимся к хронике развития конфликта между алмаатинцами и городскими властями.

Хроника в сообщениях СМИ
В мае 2003 года был принят Земельный кодекс. Процесс принятия сопровождался скандалами и завершился вотумом недоверия, который вынесла нижняя палата правительству, однако не поддержал сенат на общем голосовании парламента. Благодаря этой принципиальности сенаторов (не видели проект кодекса, не понимают, в чем суть спора – такова основная причина доверия сената правительству) проект Земельного кодекса практически в неизмененном виде попал на подпись президенту, которую тот поставил. Узаконив тем самым частную собственность на землю.
А ведь именно тогда уже были отчетливо видны контуры будущего «Шанырака». Решающий негативный результат реформ, проводимых в Казахстане без учета «человеческого фактора» (базовая модель поведения государства, характерная для кризисных систем постсоветского пространства, к каковым, безусловно, тогда относился и Казахстан), привел к единственно возможному результату – повсеместному краху села. Чтобы уяснить это, не требовалось даже выезжать за пределы Алматы (Астаны, других крупных городов Казахстана). Социальные беженцы, которых таковыми не признают, именно в этот период двинулись к крупным городам страны. Это была не первая волна внутренних мигрантов, однако, похоже, именно ее участники составляют ядро сегодняшнего сопротивления в Алматы действиям акимата и «Алматы Жер» жителей районов т.н. гетто – «Шанырак», «Бакай» и т.д.
В декабре следующего, 2004 года, еженедельник «Время» опубликовал любопытное интервью с акимом Алматы В. Храпуновым, отдельные моменты которого полностью отражают тогдашнюю ситуацию на рынке жилья и земли в южной столице. Прошло полтора года после принятия Земельного кодекса:
«- Теперь я хочу коснуться вопроса так называемых “косых” домов. Я возмущен тем, что вы в статье написали, будто я приехал туда в сопровождении некоего вальяжного человека, который сказал, что он покупает этот земельный участок. Это чистейшей воды ложь… я что, вру вам, что ли? Я приехал туда один. В дождь. Специально. Пообщаться с людьми. Посмотреть, что беспокоит их. Со мной были замакима Алмалинского района и наш работник жилищно-коммунального отдела. Вот три человека, которые там были. Никакого вальяжного покупателя земли там не было. Посмотрел, пообщался, понял, что ситуация небезнадежная. Спросил жильцов: вы сможете привести дома в порядок, сделать им сейсмоусиление? И принял решение - эти дома продолжают жить, жители берут на себя обязательство привести их в порядок, мы их огораживаем и вешаем табличку “Старый Алматы”, и закрываем этот вопрос.
- …По всему городу простые горожане - часто это были пенсионеры, много лет проживающие в районах, теперь ставших престижными и перспективными с коммерческой точки зрения, - получали уведомления, что их земля, дома, квартиры изымаются для нужд государства. Приходили представители власти - акимата, земельных органов - и определяли нереально маленькую стоимость их недвижимости. По таким ценам вообще купить жилплощадь в Алматы было невозможно, не то что равноценную... А потом выяснялось, что земля отдавалась под проекты частных строительных компаний, которые в результате получали сверхприбыли. И помогал им в этом возглавляемый вами городской акимат. Вас что-то связывает с этими строительными компаниями? Или вы как-то иначе можете объяснить это, согласитесь, странное обстоятельство?..
- Могу вам сказать прямо - у меня никогда не было строительной компании, нет и не будет. Потому что я не строитель. Ни с одной строительной компанией меня ничего не связывает... И в каждом конкретном случае такого изъятия земли надо определяться, о каком участке идет речь, и разбираться предметно...
- Да перечислять можно до бесконечности. Это и земли вдоль проспекта Аль-Фараби. И дома в районе пересечения улиц Байтурсынова и Габдуллина. И дома в районе угла Джандосова и Розыбакиева. Это происходило и происходит в массовом порядке…
…- Если какие-то моменты имеют место, то в каждом конкретном случае нужно отдельно разбираться. Допускаю, что кто-то может приходить и представляться представителем власти. Мошенников ведь много всяких... Могу прямо сказать, что работники акимата ни на кого не давили.
- Ну как, если уведомление об изъятии земли подписано руководителями “Алматы Жер”?
- Это же не акимат.
- “Алматы Жер” - это государственное коммунальное предприятие при акимате...
- Это же не акимат. И вообще, если кто-то не согласен продавать свою недвижимость по предлагаемой цене - пусть не продает. Есть закон, есть суды, человек в этом отношении защищен.
- Я думаю, рядовые алматинцы совсем другого мнения на этот счет...» Весна-лето 2005 года ознаменовались уверенно ползущими вверх ценами на жилье и землю в Алматы, увеличением «производственных мощностей» ГКП «Алматы Жер», стимулируемым широким развертыванием строительных проектов. Само собой, все эти факторы привели к серьезному обострению отношений между горожанами и чиновниками. Аналитическая программа «Состояние.kz» в своем сюжете об этой проблеме приводит в качестве примера пожар, случившийся в доме, куда наведывались представители застройщиков с предложением продать квартиры. Жильцы были уверены, что их дом специально подожгли. Подобные случаи впоследствии повторятся.
В том же сюжете рассказывается и об очередных уже противостояниях выселяемых по госнадобности жильцов действиям ГПК «Алматы Жер», оценивавшей их жилплощади примерно в два раза ниже той цены, что называли независимые оценщики. Недовольные размерами компенсаций жильцы обратились в маслихат города. Алматинские депутаты потребовали от акима ликвидации монополии компании «Алматы Жер» на оценку земли и создания специальной комиссии из независимых экспертов. В ответ на это Имангали Тасмагамбетов сообщил, что в Алматы должен быть лишь один застройщик – «Алматы Жер».
Вторая сторона этой медали – «Шанырак». 2 августа порядка ста человек собралось у школы № 26  в микрорайоне «Шанырак-2». Они принялись распределять участки и вбивать колышки на расположенном близ школы пустыре. Вскоре эту деятельность пресекли сотрудники правоохранительных органов, к которым позже присоединились и руководители Ауэзовского района Алматы. Самозахватчики переместились на территорию соседнего Жетысуского района, где возобновили свою работу.
Так впервые было запалено пламя «Шанырака».
Симптоматично, что как раз в эти же дни, когда люди требовали от властей Алматы землю, акимат подвергся пикетированию участников общественной организации «Защитим свой дом», возглавляла которых тогда М. Аспандиярова.
Этот двойной удар – самозахватчики и организация с не совсем понятными целями  - явно был инспирирован (неслучайно в «Шанырак» в те дни наведывался и единый кандидат в президенты от оппозиции Ж. Туякбай). Кроме того, он отвлек внимание общества от реальной проблемы – деятельности «Алматы Жер», перенаправив жилищно-земельный вопрос исключительно в политическое русло.
Мы полагаем, что именно предвыборная борьба катализировала настроения жителей «Шанырака» на более жесткое отстаивание своих жалких владений, позже в этой среде обоснуются политиканы и национал-политиканы, однако сама психологическая почва была подготовлена именно предвыборными заигрываниями акимата и оппозиции с жильцами микрорайона «Шанырак-2».
В феврале 2006 года, спустя два месяца после президентских выборов жители «наркомовских» домов, отстоявшие натиск «Алматы Жер» в 2005 году, вновь обнаружили объявления следующего содержания: «В соответствии с постановлением акимата города Алматы «О подготовительных мероприятиях по изъятию земельных участков для государственных надобностей» в целях реализации генерального плана развития города Алматы для уточнения собственника, границ, площади земельного участка и недвижимого имущества, подготовки материалов для определения рыночной стоимости вышеуказанных объектов для последующей выплаты собственнику».
«Эта история продолжается уже более двух лет, было выдано постановление предыдущим акимом города о том, что будет вестись застройка, потом было принято еще одно постановление, но перед выборами мы вновь обратились к президенту», - прокомментировал эту ситуацию Сейтказы Матаев, председатель правления союза журналистов Казахстана. - «Речь идет о том, что хотят построить новые дома на месте старых. Если бы поступило предложение на постройку госпиталей, детских домов и детсадов, то мы бы не возражали. Суть в том, что они хотят заработать деньги, за всем эти стоят чиновники из Астаны, фамилии которых я называть не буду… Нужно отдать должное акиму города, данное постановление было отменено 27 августа. Мною было выяснено, что нового постановления нет, но получается, что «ТОО Темир Плюс ЛТД» через «Алматы жер» начинает запугивать жителей именем акима, оказывая психологическое давление».
Словом, горожане (из коренных алматинцев) на своей шкуре испытали «двойные стандарты» акимата, который накануне президентских выборов умерил свои притязания, как оказалось, лишь для того, чтобы вернуться к ним, когда уляжется выборная шумиха. В точно такой же ситуации оказались несколько позже «шаныркаковцы», что только подлило хорошего растительного масла в костер, который едва тлел, успокоенный предвыборными обещаниями о том, что никто с земли никого не сгонит.
В мае 2006 года стало ясно, что сотрудники «Алматы Жер» интересуются не только жильем и земельными участками под ИЖС. Их волнует любая земля в этом городе! Об еще одной стороне деятельности «Алматы Жер» рассказал еженедельник «Караван»:
«…Как уже упоминалось, в алматинских дворах будут городить многоэтажные парковки. Детские площадки уже не препятствие. Аким влет вычеркнул из жизни наших детей Дворец пионеров, чего же говорить о бесхозных детских площадках? 
Но во дворах еще ухитрились до сих пор оставаться владельцы частных капитальных, совершенно законных гаражей, которые не успели сами добровольно сдаться на милость победителя. Для акимата институт этой частной собственности, как, впрочем, и другие человеческие ценности, – небольшое досадное препятствие в достижении своих целей, а значит – недоразумение устранимое. Гаражи настроили где? Ну конечно, в Медеуском районе. Это все объясняет. Подлежит безоговорочному сносу. Хозяева пусть судятся с «Алматы Жер», пусть делают что хотят, если не устраивает мизерная компенсация. Но к истории вопроса.
Владельцы семидесяти гаражей в Медеуском районе Алматы уже полгода пытаются отстоять свою собственность. Гаражи капитальные, установленные по всем нормам и правилам на вполне законных основаниях. Землю под гаражами и вокруг нее владельцы выкупили – опять же согласно правилам. А значит, получили ее в частную собственность, право на которую охраняется главным законом страны – Конституцией. Но алматинские чиновники сочли, видимо, что у них есть права повыше конституционных. И владельцы гаражей однажды увидели на дверях извещение от «Алматы жер» об изъятии земель – якобы на государственные нужды. 
В данном случае под государственными нуждами понимается строительство на месте капитальных гаражей многоуровневого паркинга. Не государственного – частного. А значит – если уж называть вещи своими именами – под «государственными интересами» здесь кроется вполне конкретный интерес вполне конкретного лица…».
Наконец, 14 июля произошла промежуточная кульминации по линии «Шанырак» - акимат. Жители микрорайона «Шанырак», не согласные с решением суда о сносе их домов, оказали сопротивление сотрудникам полиции. Полицейские кордоны были забросаны камнями и бутылками с зажигательной смесью. В ходе беспорядков взяты в заложники трое сотрудников полиции. Еще одного полицейского участники беспорядков облили бензином и подожгли. В больницу парень поступил с 70% ожогов.  
После «Шанырака» противостояние вроде бы пошло на убыль, по крайней мере, власти осадили назад. Но вот противоположная сторона – традиционно находящиеся в невыгодном положении владельцев строений, заинтересовавших денежных застройщиков, простые алмаатинцы, видимо, почувствовали, что главный монстр, каким к тому времени стало предприятие «Алматы Жер», дал слабину. 8 августа на углу улиц Братская и Райымбека состоялся сход жителей, доведенных уже фактически до отчаяния противоречивой информацией, поступающей из акимата и «Алматы Жер» относительно планируемого сноса домов этого квадрата. По свидетельству лидера движения Социалистическое Сопротивление А. Курманова (эта организация, по сути, сделала себе имя в «Шаныраке») «…. в основном русскоязычные жители этого старого района города не только не осуждают шаныракцев, но и восхищены их борьбой и готовы активно поддержать те или иные мирные митинги и пикеты в их защиту. Более того, члены инициативной группы заверили, что уже установили прямой контакт со всеми проблемными районами в старой части города и желают сотрудничества с общественным комитетом “Шаныракка тiрек”, чтобы совместными действиями остановить снос домов. Налицо элементы т. н. классовой солидарности, когда национальные и религиозные предрассудки отступают на третий план, а вперед выходит необходимость общей борьбы за свое право на жизнь и на жилье».
Несмотря на то, что этот молодой человек питает страсть к словам и оборотам, родившимся задолго до его дня рождения, А. Курманову удалось уловить признаки новой тенденции – тенденции простых людей к солидарности в противостоянии всемогущему акимату. 
И если в августе 2006 года слова о намерениях наладить сотрудничество между различными группами так или иначе обиженных властями людей казались всего лишь словами, то год спустя они, похоже, стали былью.
4 октябpя 2007 года жители сносимых районов южной столицы собрались перед зданием городского суда, чтобы вручить петицию председателю и потребовать прекращения судебных преследований, инициируемых ГКП «Алматы Жер», аннулирования решений судов первой инстанции и наказания всех виновных в принудительном выселении. Кто эти люди?
Несмотря на то, что мы так бодро назвали пикетчиков «жителями сносимых районов», опираясь на показания репортера, который был на месте, впоследствии нам удалось выяснить, что… никто не знает, кто же были эти люди, которые 4 октября ворвались в здание городского суда, чтобы добиться-таки аудиенции у председателя.
Поначалу были «заподозрены» члены организации «Защитим свой дом». К тому же именно они на День города устроили несанкционированный митинг, в результате чего задержанию подверглась лидер этого движения Д. Аленова. Однако участники ЗСД в недоумении – они и сами не знают людей, доставивших 4 октября немало неприятных минут судейским. Кое-кто склонен подозревать, что этих людей организовал и привел к зданию суда Асылбек Кожахметов, активно поддерживающий жителей микрорайона «Шанырак». Однако нам все же кажется, что он тут ни при чем.
По нашему мнению, грубые действия акимата и ГКП «Алматы Жер», а также кризис доверия, в который впали в очередной раз продувшие в пух и прах выборы оппозиционеры (которые к тому же заняты новым разводом, и им явно не до простых людей) привели к тому, что можно понимать под гражданской самоорганизацией. Не видя подходящей политической «крыши» люди приняли решение рассчитывать лишь на себя и на тех, кто находится в точно таком же положении – под дамокловым мечом сноса, на ножах с «Алматы Жер».
А это уже качественно новая политическая ситуация, поскольку на поле появляется новый игрок – сам народ. Покойный Н. Масанов в одной из бесед с журналистами предвидел такую ситуацию и выражался в том духе, что не нужно мешать властям тянуть народ в политику. Именно так, похоже, и произошло. Если у «праворуких» автомобилистов чуть-чуть не вышло – не дали дозреть народу – то жильцы, обиженные ГКП «Алматы Жер», похоже, уже доведены до нужной «гражданской» кондиции.
Продолжаем в том же духе?

Публикация 6

Рахат Алиев пошел по этапам

03.10.2007

Письмо Рахата Алиева пока взбудоражило лишь немногочисленную сетевую общественность. Что стоит за обращением опального некогда всесильного первого зятя главы государства: новый этап в детективной ленте под названием «Рахатгейт» или просто попытка напомнить о своем существовании? В тексте письма Рахата Алиева покопался автор нашего сайта. 

Антон СОПРАНИН

Чтобы понять, является ли опубликованное Рахатом Алиевым в газете «Республика» открытое письмо ко всем готовым его слушать казахстанцам началом войны компроматов, которой так ждали от опального экс-зятя, нам, видимо, стоит дождаться следующего номера этой газеты. Напомним, редакция пообещала опубликовать интерполовский документ, содержащий фамилии президента республики, его дочери Динары, акима Алматы Имангали Тасмагамбетова, экс-премьеров А. Кажегельдина и Н. Балгимбаева, которые соседствуют с характеристиками «подозреваемый», «криминальный» и т.д.

Впрочем, даже не видя этого документа, можно констатировать, что завершился новый этап «австрийского сидения» Рахата Алиева. Невидимая его часть содержала, видимо, безуспешные переговоры с Астаной, после которых вначале от «венского узника» сбежали приближенные, а потом и появилось это письмо с приложенной к нему копией внутреннего запроса Интерпола.

Нельзя не удивиться настойчивому желанию редакции разделить во времени два документа, хотя, казалось бы, опубликованные вместе, в одном номере, дополняющие друг друга, они произвели бы более мощный информационный эффект. Пока же получается, что Рахат Алиев сказал «А», и ему почему-то не дали тут же сказать «Б», отложив эту букву на потом.

Возможно, таково было желание самого автора публикации, то есть Рахата Алиева, однако интерполовский документ уже имеется в редакции «Республики», и даже если Рахат Алиев изъявит желание не публиковать запрос в переводе (потому, например, что первый удар – обращение экс-посла – достиг цели и вынудил кого-то пойти на уступки), оппозиционное издание все равно сделает это.

Так что смысла в отсрочке нет, более того, не подкрепленное документальным компроматом обращение Рахата Алиева, от которого ждут мощного слива, а не политического противостояния с бывшим тестем, подверглось жесткой критике интернет-пользователей. Общий смысл негативной реакции как раз и заключается в желании общества видеть активные действия от опального принца, а не констатации того, что и так известно. Активные действия – публикация того самого запроса, который так заинтересовал Рахата Алиева, что даже его письмо заканчивается обращением ознакомиться с текстом документа. То есть именно он, а не само обращение «к неравнодушным» является ядром новой информационной атаки поредевшей группы Алиева. И это ядро отложили на неделю.

Тем не менее и само обращение, несмотря на его характер прелюдии к основной части произведения, достойно детального изучения. Подписываться под словами Рахата Алиева мы, разумеется, не призываем, но вот прислушаться к ним и понять, почему было произнесено то или иное слово, следовало бы. Этим и займемся.

Эпистолярный анализ

Мы вырезали в качестве цитат из текста обращения те моменты, которые, как нам показалось, являются некими «флажками», «сигналами», то есть в них может быть сосредоточена тайная сторона обращения, намеками указаны направления ударов, даны какие-то ответы на неизвестные нам вопросы.

«Сегодня меня часто спрашивают: изменил ли я свое отношение к режиму президента Назарбаева после того, что мне пришлось пережить в последние месяцы. Считаю ли я по-прежнему, что первый президент независимого Казахстана, в недавнем прошлом мой тесть Нурсултан Назарбаев, – выдающийся политик?
Могу ответить честно: считаю, что господин Назарбаев действительно крупный политический деятель Центрально-Азиатского региона. И также считаю, что время политика Назарбаева безнадежно прошло…»

С самого начала автор выбирает путь, которым до него прошли многие радикальные политики, ушедшие в свое время в оппозицию. Своеобразные штампы, кочующие из выступления в выступление у таких политиков, присутствуют и здесь – например, в утверждении, что Нурсултан Назарбаев является «крупным политическим деятелем, время которого прошло…» Это – политический лексикон «младодемократов», которые в свое время объединились в ДВК, как гласит одна из версий, чтобы сообща, используя политические рычаги, «сковырнуть» Рахата Алиева в 2001 году. Намеренно или бессознательно использует автор текст своих давних противников – непонятно, но мы склоняемся к общей заштампованности политического сознания казахстанской элиты, которая умеет манипулировать довольно ограниченными стилями поведения в условиях кризиса, и один из них – это уход в оппозицию, освоение демократической риторики, «либеральное прозрение».

Надо сказать, что Рахат Алиев загодя подготовился к антикризисному переходу на демократические рельсы. Такая линия поведения вполне естественна для автора идеи о председательствовании Казахстана в ОБСЕ в 2009 году. Дескать, идея была выдвинута для развития демократии в нашей стране, чтобы уровень соответствовал параметрам организации, и в работе над проектом автор и главный исполнитель так пропитался гражданскими свободами, что восстал против недостатков нашей системы. Следовательно, и риторика была выбрана, видимо, тогда, когда Рахат Алиев почувствовал, что дипломатическая нива – последнее, что придется ему вспахивать в своем прежнем статусе. Стандартное мышление, как и было сказано…

«Ее оппоненты или в тюрьме, или в эмиграции. Или мертвы…», –  перечисляет изгнанник недостатки режима Н. Назарбаева. Под эмигрантами, надо полагать, подразумеваются Акежан Кажегельдин и сам Рахат Алиев, тюрьма прозвучала в тексте в качестве красного словца (в настоящий момент лидеры оппозиции на свободе), а вот насчет мертвых…

Возможно, это намек на один из векторов, по которым предполагаются информационные атаки опального экс-зятя. То есть, возможно, нам станут известны подробности гибели Заманбека Нуркадилова и Алтынбека Сарсенбаева?

«Теперь я уверен: завтрашний Казахстан – это Казахстан без Назарбаева», – лозунг, впервые озвученный Акежаном Кажегельдиным, с которым Рахат Алиев сейчас оказался невольным собратом по эмиграции. Только ли им? Можно ли понимать эту фразу как намек на возможный политический союз двух эмигрантов? Напомним, когда Рахат Алиев был в силе, оппозиционные издания, в частности, та же «Республика», неоднократно упоминали о встречах Алиева и Кажегельдина, намекая на возможность политического союза зятя и экс-премьера.

Сейчас казавшиеся тогда вполне вероятными комбинации и вовсе видятся единственно возможными, если Рахат Алиев собирается продолжать борьбу против тестя, а не производит разовые выпады, торгуясь, видимо, за что-то. О возвращении в страну в данной ситуации речь всерьез вестись не может, видимо, Алиев добивается чего-то еще: возврата материальных ресурсов, гарантий неприкосновенности и т.п. 

«Завтра на моем месте может оказаться любой. Наши жизни, наши семьи, наше имущество, наши деньги больше не принадлежат нам. Они принадлежат первому президенту Нурсултану Абишевичу Назарбаеву. И с этим больше нельзя мириться». Начиная где-то с середины обращения, автор словно подготавливает некое воззвание, постепенно нагнетая негатив в отношении особенностей жизни в стране в условиях режима абсолютной президентской власти:
«…Власти потребуется один день, чтобы лишить любого человека всего, что ему принадлежит – его имени, его состояния, его семьи. В стране выстраивается сталинская модель: каждый должен жить в страхе, вне зависимости от того, богат он или беден, знаменит или безвестен, работает в правительстве или на своем огороде.
Расправа надо мной – это не просто сведение счетов с непослушным зятем, который имел наглость иметь свое мнение. Это урок каждому гражданину независимого Казахстана: бойтесь! Отец нации строг и всемогущ. Он может раздавить даже члена своей семьи, даже отца своих внуков. Он полубог, которому неведомы даже родственные чувства. Стоит ему направить на вас свое карающее око, и вас не спасут ни связи, ни деньги, ничто».

Закончив нагнетать, автор вполне естественно переходит к блоку под условным названием «Их сила – не безгранична»: «…К счастью, их сила не безразмерна. Их воронки ездят только в пределах контролируемой ими территории. То, что кажется убедительным для подконтрольных казахстанских судов, абсолютно неубедительно для остального мира. Над ними уже открыто смеются (впрочем, незаконные операции казахских спецслужб на территории Евросоюза вызывают здесь все большую тревогу)…»

Вполне естественно после демонстрации ничтожности казахстанского режима в глазах мирового сообщества («открыто смеются») ожидать от автора перехода к каким-то призывам – сплотиться, подняться, скинуть ярмо и т.д. Однако текст, получившийся эдаким полувоззванием, заканчивается так: «…У меня есть совет для руководителей спецслужб и правоохранительных органов. Чем заниматься фабрикацией дел против противников режима, займитесь, наконец, делами реальными. Коррупцией, отмыванием денег, финансовыми махинациями. Помогите, наконец, Интерполу, а не втягивайте его в свои политические игры. А судя вот по этому документу, который я получил в Интерполе, работы у вас хватит надолго…»

Выводы

Словом, финал получился каким-то бестолковым: плыли, плыли, а на берегу… Ясно, что не хватает запроса, подлинность которого проверяет «по своим каналам» газета «Республика». Но даже и присутствуй он здесь, окончание осталось открытым – Рахат  Алиев просто зафиксировал ситуацию, как она видится ему, слил какой-то интересный бюрократический документ (кстати, об ответе на запрос никто не говорил, так что нужно учитывать, что этот ответ может дезавуировать отдельные моменты запроса), и на этом как бы остановился.

Открытым остался вопрос о статусе Рахата Алиева. Кто он – политический противник Н. Назарбаева, бежавший от правосудия уголовник, которого выдадут, в конце концов, казахстанской стороне, новая разменная фигура в геополитических играх Запада (впрочем, этот статус не противоречит остальному)?

И все же резкость формулировок говорит, что этап тайных переговоров закончен, Рахат Алиев теперь действительно отрезанный ломоть Семьи, который, возможно, попытается что-то противопоставить своему бывшему тестю. С другой стороны – до сих пор непонятно, какие именно мотивы движут бывшим президентским зятем. Наши силовики уже давно заработали себе репутацию людей, которым опасно предлагать молиться Богу – расшибут не только лоб себе, но и все вокруг. Доподлинно известно, что в ходе каждой аудиенции у президента они докладывают – дескать, не сегодня-завтра подозреваемый нашими усилиями уже будет в стране. Говорят даже, что они уже завалили все возможные профильные министерства Австрии запросами и требованиями об экстрадиции, фактически затравив «венского сидельца». А что делают люди, оказавшиеся в западне?

В этом смысле не лишним будет взглянуть на сложившуюся ситуацию с другой стороны – если наши силовики буквально заставляют Рахата Алиева скидывать компромат ради самозащиты – то на кого они работают? На государство? Извините, весь мир уже смеется над звонками и письмами чиновников высшего ранга, которые не могут понять, что в бюрократической Европе «телефонное право» воспринимается как коррупционное преступление. Тем более – в такой стране, как Австрия, которая даже в Европе считается консервативной в ее отношении к бюрократии. А уж когда министр сельского хозяйства звонит своему коллеге в Вену, а президент страны – канцлеру…

Может, силовики работают на президента? Но своей активной позицией, а также благодаря тому, что конфликт переведен в политическую плоскость, они вредят… Кому? Главе государства.

Впрочем, не будем делать из бывшего посла агнца: кровь он попортить может и ради своих целей – а, по слухам, Рахат Алиев является чуть ли не самым главным обладателем всех тайн астанинского двора, осведомлен о происхождении всех крупных капиталов. Противостояние с ним, если, конечно, общественное мнение не ошибается, чревато разоблачениями и ударами по репутации разных людей. И, конечно, самой главной репутации, которой не смог повредить Казахгейт, но которой могут быть опасны «разоблачения из первых рук».

Публикация 5

«Однояйцовые» депутаты

07.09.2007

Антон СОПРАНИН

Несмотря на определенное общественное потрясение от итогов выборов и на весьма двусмысленную позицию казахстанских властей в глазах Запада (в демократической и многопартийной стране – однопартийный парламент), жизнь продолжается. Депутаты от «Нур Отана» уже сформировали руководство мажилиса, выразили доверие правительству – и, заметьте, все это единогласно. Уже одно это должно насторожить: неужели так будет и впредь? Зачем тогда нужна была эта политическая реформа, после которой мы словно вернулись назад во времени – к застою, капээсэсу и первому руководителю «на батарейках»? Нурсултан Абишевич, конечно, далек от андроидного состояния Леонида Ильича, но годы-то идут, время берет свое, а главное – сама возможность для отката в прошлое создана, и все зависит от личной воли одного человека.

В этой ситуации Нурсултан Назарбаев принимает решение опереться не на свое ближайшее окружение, из чьей среды должен выделиться его преемник, а на партию, функционеры которой ближним кругом президента не являются. Решение, кстати говоря, единственно возможное в условиях, когда от ближайшего круга президент может дождаться не поддержки, а удара в спину. Так называемый Рахатгейт, по нашему мнению, является как раз таки ответным ходом главы государства на какие-то шаги своего бывшего зятя, то есть одного из представителей этого ближнего круга.
 
Если рассуждать с этой точки зрения, становится ясно, почему Нурсултан Назарбаев решил делать ставку на партию: в ней сегодня сконцентрированы в основном те персонажи столичного политического театра, которые без поддержки действующего президента или продолжали бы тихо работать на вторых-третьих ролях в государственных органах, или занимались бы чем-то еще, но вряд ли во власти. Ярким подтверждением тому является Бакытжан Жумагулов, никому не известный до 2005 года чиновник, чьим самым высоким достижением являлась должность вице-министра образования.
Однако именно он внес наибольший вклад в формирование сегодняшнего однопартийного парламента. Именно Жумагулову было поручено превратить тогдашний «Отан» в сегодняшний «Нур Отан». Ну а поскольку партия сегодня – это еще и мажилис, наверняка методы работы центрального аппарата будут пересажены и на парламентскую почву. Поэтому давайте отметим и оценим методы работы центрального аппарата «Нур Отана», привнесенные Бакытжаном Жумагуловым, и прикинем, в каком виде они будут внедрены в работу мажилиса.

Как «Отан» стал «Нур Отаном»

«Отан» времен Амангельды Ермегияева было принято величать «двойником КПСС». Сейчас даже смешно это вспоминать, поскольку и при Ермегияеве, и при Сергее Терещенко «Отан» ничем не напоминал КПСС – только внешне, возможно.
С приходом Бакытжана Жумагулова центральный аппарат партии поменял прописку – переехал в Астану. По поводу этого переезда высказывалось много мнений, в их числе были подозрения, что аппарат «Отана» боится нового теракта (напомним, переезд состоялся как раз после того странного взрыва у офиса партии, при котором пострадал случайный прохожий). На самом деле помимо очевидного удобства (близость к администрации президента, где и определяется стратегия правящей партии, укрепление связи партии с ее парламентской фракцией) целью перелета-переезда, скорее всего, было стремление вытравить из центрального аппарата дух вольной и оппозиционной Алматы и вдохнуть в нее канцелярский и чинопочитательский душок новой столицы, которым там пропитаны все официальные учреждения города. Именно тогда о центральном аппарате партии пошла дурная слава: поговаривали, что ныне «Отан» является аналогом советской ВПШ (Высшей партийной школы) – в центральном аппарате партии стали из людей делать чиновников.
Знаете ли вы, как становятся монахом в знаменитом Шаолине? Послушник должен пройти девятьсот кругов ада – в нем последовательно уничтожаются любые зачатки человеческих чувств, он забывает о том, что такое справедливость, познает унижение, избавляется от любви и ненависти. Человеческие чувства, по верованиям последователей Бодхидхармы, основателя этого грозного монастыря, мешают глядеть на мир чистым незамутненным взором, каким смотрел на мир Патриарх в одной сандалии, по преданию вырвавший себе веки, чтобы те морганием не заслоняли ему танец богомола. Индийский бородач, в одиночку перебравшийся через горы в Китай, был прав в одном, и это подтверждали те, кто прошел школу Шаолиня, – человеческие чувства являются помехой в знаменитом Лабиринте Манекенов, когда послушник проходит Последнее испытание. Надо быть бесчувственным чурбаном, чтобы победить механических манекенов и вновь увидеть свет солнца.
Мы недаром столько внимания уделили Шаолиню, поскольку по похожим принципам работает кадровая политика «Нур Отана». Ежедневные оскорбления – норма, каждый день – трудовой подвиг, причем ненормированный (в преддверии съездов или других крупных мероприятий работники «Нур Отана» пашут сутками, не видя белого света). Постепенно в таких условиях личность деформируется, в сознании человека все реже появляются мысли о морали, добре и зле. Считайте, готов еще один бюрократ, который вряд ли когда-то сможет вновь стать прежним человеком.
Это – главное изменение, которое произошло с прежним «Отаном», и которое вообще не было замечено обществом.
Общество увидело лишь внешние проявления изменений – например, назначение-избрание областных акимов руководителями партийных филиалов было отмечено политологами, но при этом мы не услышали внятной оценки происходящему.
Между тем, в преддверии этих самых назначений акимов проходили партийные конференции и семинары для работников филиалов и ячеек партии, были отлажены все связи центрального аппарата партии с филиалами и представительствами, проведена массовая работа по разъяснению сути и места партии в обществе. Реально сегодня центральный аппарат партии способен в кратчайшие сроки довести до самых отдаленных районов страны распоряжения руководства и проконтролировать их исполнение. «Нур Отан» объективно силен в регионах, куда не ступала нога оппозиции. По сути, она является единственной в стране партией для очень большого количества людей, проживающих вне столиц и крупных городов страны.
Еще одним достижением Бакытжана  Жумагулова можно считать установление партийного контроля над депутатами отановской фракции. Не над всеми, конечно, но сегодня их и нет в парламенте. Нет Серика Абдрахманова, который как депутат очень часто выступал с критическими высказываниями в адрес власти и был абсолютно неподконтролен партии. От него и ему подобных предпочли избавиться.
Накануне знаменитого IX внеочередного съезда партии «Отан» колоссальная работа была фактически завершена – была соткана новая партийная паутина: в ее центре – аппарат партии, напрямую связанный с парламентской фракцией и филиалами, а через филиалы – с представительствами и ячейками, областными маслихатами страны. Именно поэтому Дариге Назарбаевой после ее вхождения в партию (после поглощения «Асара» на упомянутом съезде) не удалось методом «партийной демократии и внутрипартийных дискуссий» расколоть «Отан», хотя определенно такие попытки были.

Бальзам на душу

Монопарламент очень удобен для управления, особенно если все менеджерские навыки обретены во времена Советского Союза, когда особой популярностью пользовалась присказка «Я – начальник, ты – дурак». По этой присказке, судя по всему, и привыкли работать те, кто сейчас осуществляет руководство «Нур Отаном» (речь идет не о президенте, вся роль в деятельности партии которого ограничивается туманными напутствиями, произнесенными с трибуны съезда или на собраниях парламентской фракции). Именно им, а не президенту, нужен такой парламент, в котором никого не надо убеждать и уговаривать.
И это лишний раз подтверждает мнение, что на этом задачи президента своим замам по партии не заканчиваются. Будут и новые моносвершения.
Но прежде новый парламент должен каким-то образом заработать доверие общества, в основном той его части, что обитает в крупных городах страны и в Алматы. Южная столица является самой большой проблемой «Нур Отана», поскольку именно здесь эта партия (по закрытым сведениям) и ее лидер неизменно проигрывают оппозиции, начиная с 2004 года. Если помните, после выборов того года партия «Ак жол» устроила скандал, смысл которого в том, что по южной столице выиграла именно оппозиция, а не «Отан». В Астане в центральном аппарате нам эту информацию подтвердили в конфиденциальной беседе, причем было сделано предположение, что именно по этой причине А. Ермегияева на посту и.о. председателя партии сменил Б. Жумагулов, а тогдашний руководитель администрации Имангали Тасмагамбетов стал акимом южной столицы.
В 2005 году победа президента в Алматы была достигнута ценой колоссальных усилий по нагнетанию нервозной обстановки – все эти фильмы об ужасах «цветных» революций, неоднократные слухи о погромах на барахолке, о готовящемся перевороте сделали свое дело: горожане-бюджетники и просто недалекие граждане валом валили на участки, отдавая голоса гаранту стабильности.
В этом году наверняка партия «Нур Отан» вновь провалила кампанию по Алматы. По крайней мере, кажется подозрительной высокая явка по городу, нарисованная Центризбиркомом. Вряд ли в южной столице число голосующих перевалило даже за 15%, так что все нарисованные сверху проценты – от лукавого.
Словом, партия «Нур Отан» со своим парламентом оказалась в занимательном положении – регионы, которые, возможно, искренне и чистосердечно подарили партии голоса, не интересуются парламентской жизнью, а в городах, где голосовали против «Нур Отана» (хоть за ППК – лишь бы против!), напротив, общество живо будет следить за работой парламента, отмечая каждый промах. И, естественно, радуясь ему, потому что «чем хуже – тем лучше».
Так что перед этим парламентом, прежде чем он приступит к исполнению всего, что задумано и запланировано, стоит сверхзадача: привлечь к себе симпатии алматинцев и жителей региональных центров. Как это сделать? Только одним способом – принять ряд популистских мер. Например, снизить налоговое бремя на малый и средний бизнес, что положительно будет воспринято в Алматы, сосредоточии бизнеса.
Пожалуй, именно из подобных мер будет соткано первое время существования наших «однояйцовых» депутатов. Про налоги мы, пожалуй, погорячились, однако какие-то похожие меры наверняка будут предприняты. И если дело не будет касаться каких-то государственных сфер (как с налогами), где вопрос можно решить по стандартной схеме – выдвижение идеи, создание и принятие нормативного документа, подписание его и внедрение в жизнь, – то очень скоро функционеры «Нур Отана» войдут в конфронтацию с какой-либо из финансово-промышленных группировок страны. Например, решит парламент ввести ценовой потолок на рынке жилья или установить верхний порог цен на бензин, или связаться с земельными вопросами – он неизбежно войдет в клинч с кем-то, кто контролирует упомянутые сферы, где только и можно сделать хоть что-то популистское и в то же время полезное.
Ну а после этого нам останется только ждать, когда в парламент вцепится мертвой хваткой какая-то ФПГ, натравит на депутатов (персонально на каждого) свои СМИ, вытащит и перетряхнет на публике грязное белье Жумагулова, тайны Мусина или скелеты Дьяченко.
Пожалуй, только это и проливает бальзам на душу тем, кто считает, что однопартийный парламент в многопартийной политической системе – это самая наглая насмешка над демократическими принципами, народом страны и просто здравым смыслом.

Публикация 4

История без прикрас

22.08.2007

 

Антон СОПРАНИН

Еще до объявления итогов выборов все намекало на именно такой результат – оплот ультраконсерваторов под названием «Нур Отан» войдет в парламент в гордом одиночестве. Теперь партия «абсолютного парламентского большинства», как любит подчеркивать это Бахытжан Жумагулов, может именоваться партией «парламентского абсолюта», так как все сто процентов мест в мажилисе заняты «Нур Отаном». Для того чтобы представить, к чему это все может привести, обратимся к историческому опыту. Несмотря на гордые реляции о «казахстанском пути» к демократии, все это, в той или иной вариации, уже было в истории.

Вспоминая о КПСС и сравнивая то, что произошло 18 августа, с порядком вещей в СССР, мы видим лишь одну грань происходящего. Возможно, КПСС, времена Сталина-Хрущева-Брежнева выбраны в качестве понятной и доступной формы. Понятной и доступной прежде всего самим идеологам и сценаристам «оглушительного триумфа», выходцам из той эпохи. Эта же форма понятна и доступна прежде всего самому президенту, иначе как можно было убедить его в том, что поражение на выборах всех кандидатов, кроме списка одной партии, оказывается, пустяки, дело житейское – дескать, в истории такие случаи уже были. Другой вопрос – в какой истории?

Пока что выстраиваемая конструкция нижней палаты отчетливо напоминает структуру Верховного Совета СССР, собранного после Второй мировой войны, куда в ходе выборов попали члены предвыборного «блока коммунистов и беспартийных». В нашем случае это выглядит так – члены «Нур Отана» и беспартийные представители Ассамблеи народов Казахстана.

Перемены в союзном парламенте попытались провести в ноябре 1988 года. В условиях властной монополии КПСС были созданы законодательные конструкции, рассчитанные на несколько более свободные, чем при Сталине-Брежневе, выборы кандидатов блока коммунистов и беспартийных. Идея политической реформы 1988 года сводилась к некоторой легитимации власти КПСС путем создания законосовещательных учреждений. Набранный весной 1989 года и основательно почищенный в конце 1990 года ВС СССР выдавил из себя всякую оппозицию. Это все свелось к политическому кризису, приведшему к развалу Союза. Есть и другие аналогии в истории.

Зарубежный опыт

Начнем с Либерально-демократической партии Японии, которая постоянно приводится в пример функционерами «Нур Отана» (и вслед за ними - президентом), как только речь заходит о долгом единоличном правлении одной политической силы в стране. Итак, ЛДПЯ выражает интересы крупного капитала, сельской буржуазии и привилегированной бюрократии. Характеристика точна, в нашем случае к перечисленным группам можно добавить и крупных государственных чиновников, чьи интересы партия не просто выражает, а является и оплотом этого чиновничества. Во внутренней политике ЛДПЯ всегда придерживалась курса на ограничение демократических свобод трудящихся, пересмотр Конституции (особенно её 9-й статьи, провозглашающей отказ Японии от войны и содержания вооруженных сил), ремилитаризацию страны и культивирование националистической идеологии. Большая Советская энциклопедия пишет: «В основе внешнеполитического курса ЛДП лежит сохранение военно-политического союза Японии с США. С начала 70-х гг. предпринимает шаги к развитию отношений с СССР и др. социалистическими странами. Главная цель ЛДП в области внешней политики – приведение политического веса Японии на международной арене в соответствие с её возросшим экономическим потенциалом. Структура партии подчинена задачам парламентской борьбы: отделения ЛДП в городах и префектурах служат по существу лишь органами по проведению предвыборных кампаний. Формально высшим органом партии считается съезд, но фактически вся власть находится в руках партийного руководства». Монополия на власть ЛДП привела к затяжному политическому кризису в стране, из которого японцы не могут выбраться до сих пор. Причем, заметьте, в основе кризиса лежит глубочайшее недоверие простых граждан Японии к выборам и, следовательно, неучастие в них. Политический кризис подтолкнул руководство страны к инициации активного процесса партийного строительства, который начался с раскола в самой ЛДПЯ.
Индийский национальный конгресс, партия, созданная в декабре 1885, поначалу не выходил за рамки лояльной оппозиции колониальному режиму. Являлся выразителем интересов верхних слоев индийской буржуазии, националистически настроенных князей, помещиков и наиболее зажиточных слоев местной интеллигенции.
В начале XX века внутри ИНК сформировалось мелкобуржуазное демократическое направление так называемых экстремистов. В 1907 произошёл раскол между «крайними» и «умеренными». «Крайние» были вынуждены выйти из состава ИНК, своей политической целью сделали достижение «свараджа» («самоуправления»), а средством - организацию национально-освободительного движения народных масс. «Умеренные» (консерваторы и ультраконсерваторы) утверждали, что самоуправление может быть достигнуто лишь постепенно, в сотрудничестве с английскими властями. В 1916 «крайние», не сумевшие создать своей сплочённой организации, вернулись в ИНК. Дальнейшее погружение в историю ИНК излишне, упомянем лишь, что раскол постиг эту организацию еще раз в 1960 году, когда в руководство партией пришли праворадикалы во главе с Индирой Ганди.
Как мы видим хотя бы на этих двух примерах, партии-монополисты и в Японии, и в Индии обладают одной общей чертой: они опираются и являются выразителями интересов богатейших слоев общества, и, видимо, в рамках этой своей миссии выполняют единственную сверхзадачу – обеспечивают себе максимально комфортное и по возможности долгое правление.
Так же обстоит дело и с мексиканской Институционально-революционной партией, которая пришла к власти в 1929-1930 годах. Эту власть ИРП удерживала на протяжении семидесяти лет, пока, наконец, к управлению Мексикой не пришел Висенте Фокс, который своим указом распустил партию. В истории партии были похищения членов конкурирующих организаций, кстати, три года назад по обвинению в похищении был арестован бывший шеф полиции Карлос Солано, политические убийства и т.д. Семидесятилетний период правления Институционально-революционной партии в Мексике принято называть «грязной войной».

Китай или Туркменистан?

Вопреки беспрестанному цитированию де Голля, автора еще одного однопартийного политического строя (при декларируемой многопартийности), президент Нурсултан Назарбаев действует, потакая ультраконсерваторам, с точностью до наоборот. Де Голль пришел к сильной президентской власти, фактически отменив «режим партий», в нашем случае сильная президентская власть постепенно превращается в «режим одной партии». К чему приведет такой режим? Аналитики уже прогнозируют дальнейшее укрепление «Нур Отана» на занятых рубежах путем организации партийных ячеек в органах власти (то самое «сращивание», от которого «Отан» все время открещивался, и которое нам было четко продемонстрировано 18 августа), усилении партийной дисциплины и повышении ее влияния на правительственных чиновников. Словом, многие уверены, что в настоящий момент готовится окончательный этап трансформации казахстанской политической системы в однопартийную с доминированием этой партии не только в законодательной власти, но и на всех уровнях властной вертикали.

При этом мы уверены, что в расчет не принята еще одна тенденция, характерная для однобоких политических структур с доминированием одной лишь партии. Обычно, и наш случай не является исключением, подобные системы жестко персонифицированы, выстроены под конкретную политическую фигуру. И как только эта фигура по каким-либо причинам сходит с шахматной доски, система рушится. Вспомните судьбу Гоминьдана, который был создан Сунь Ятсеном на базе конфедерации тайных обществ Китая. За время с 1923 по 1926 Гоминьдан превратился из традиционного китайского политического общества в авторитарную партию западного типа. Пока Сунь Ятсен был жив, он удерживал вместе различные фракции Гоминьдана. После его смерти два основных крыла партии размежевались. В 1927 националистическое большинство под предводительством Чан Кайши, старейшие члены партии и делающие карьеру партийные функционеры начали борьбу против китайских коммунистов. Годы гоминьдановского правления в Китае были отмечены борьбой с местными милитаристами, коммунистами и японцами, а также расколом внутри самой партии. Время от времени от основной организации отходили различные фракционные группировки, такие как прокоммунистическая группировка в Ханькоу (1927), промилитаристская группировка в Бэйпине (Пекине) (1930); прояпонская квислинговская группировка в Нанкине (после 1940). Еще одна особенность Гоминьдана: вопреки «Трем народным принципам» Сунь Ятсена партия после «периода опеки» должна была расстаться с монополией на власть и передать ее любому правительству, которое захочет избрать для себя народ. На протяжении 23 лет своего правления Гоминьдан постоянно откладывал окончание «периода опеки». Неоднократно давались обещания о проведении выборов, но до 1946 они так ни разу и не проводились. В конце концов партия утратила свое официальное влияние, и после 6-го съезда Гоминьдана, собравшегося в 1945 в Чунцине, не было проведено ни одного партийного форума. В 1947, осуществив в конституционной форме передачу власти новому правительству, партия распустила свою молодежную организацию. Во время отступления националистов на юг, сопровождавшегося крупными победами коммунистов, значительная часть партийных учреждений Гоминьдана была реорганизована или распущена.
Наша версия политического спектакля для одного актера может быть любой возможной вариацией этой истории. Или любой другой, имевшей место в мировой политической истории, потому что итог в чистом виде один: постепенно партия, создавшая однопартийную политическую систему, теряет свое влияние, подвергается расколам и трансформациям и в результате теряет власть. Это может быть мягкий «бархатный» вариант или жесткий кровавый – революция или гражданская война – однако он неизменен. И катализатором этого процесса обычно служит уход с политической сцены его создателя. С другой стороны, наши ультраконсерваторы могут утешать себя примером Туркменистана, где внезапная гибель вождя всех туркмен вопреки прогнозам не стала началом бедствий для этой страны. С другой стороны, возможно, это доказывает, что смерть Сапармурата Ниязова не была случайной?

 

Публикация 3

Ультраконсерваторы на марше - 2

15.08.2007

 Антон СОПРАНИН

Как и в России, ультраконсерваторы наших византий предпочитают термин «государственники». Отличие только в формах: российские ультра ратуют за возрождение монархии, казахстанские – демократическим путем, через конституционную реформу, встречным предложением от группы депутатов обеспечили действующему президенту пожизненную возможность переизбираться на этот пост. 18 минут длилась операция, и мы зажили в обновленной стране. Точнее, в стране, где решилась «проблема-2012», причем пока что без особого накала страстей.
Итак, прежде – кто такие ультраконсерваторы. В нашем случае это абсолютно ненаучное определение, поскольку и политика у нас существует тоже в отрыве от науки – политологи фактически лишь комментируют произошедшее, пытаясь уместить «тайны ишимского двора» в прокрустово ложе науки. Словом, ультраконсерваторы по-нашему – те представители элиты, которые без Нурсултана Назарбаева на прежнем посту вряд ли смогут сохранить свои нынешние позиции во властной пирамиде и вряд ли будут конкурентоспособны на рынке, придя туда на общих основаниях.
Фамилии многих ярких представителей ультра можно найти в предвыборном списке «Нур Отана». Нас же интересуют две персоны: в большей степени – Бакытжан Жумагулов и его роль в этом процессе, в меньшей степени – Ермухамет Ертысбаев и его роль в дальнейших этапах стратегии казахстанских ультра.
Но прежде разберемся с самим заговором и «тайным орденом».


Бакытжан Жумагулов и «тайный орден»


Собственно, ничего тайного как бы и нет. Наши ультраконсерваторы действуют у всех на виду, всегда даже для СМИ ассоциировали свою деятельность с персоной президента, не скрывали убеждений. Их имена можно встретить на страницах газет. Вот, к примеру, газета «Республика» публикует репортаж с предвыборного съезда «Нур Отана»: «В их числе (речь о кандидатах партийного списка. – Авт.): вице-премьер – министр экономики и бюджетного планирования Аслан МУСИН, министры юстиции Загипа БАЛИЕВА, культуры и информации Ермухамет ЕРТЫСБАЕВ, труда и социальной защиты населения Гульжана КАРАГУСОВА, аким Восточно-Казахстанской области Жанибек КАРИБЖАНОВ, председатель Национального космического агентства Талгат МУСАБАЕВ, первый заместитель председателя «Нур Отана» Бахытжан ЖУМАГУЛОВ… Новыми членами политсовета стали спикер сената Касымжомарт ТОКАЕВ, руководитель Администрации президента Адильбек ДЖАКСЫБЕКОВ, глава фонда «Казына» Кайрат КЕЛИМБЕТОВ, аким Астаны Аскар МАМИН, руководитель управления делами президента Булат УТЕМУРАТОВ, аким Южно-Казахстанской области Умирзак ШУКЕЕВ».
Не все, но многие из этих людей разделяют ультраконсервативные идеи и, возможно, даже участвуют в их осуществлении.
Сразу надо разобраться с одним вопросом: имеет ли отношение к действиям ультра сам глава государства?
Мог ли он поддержать или даже инициировать решение проблемы 2012 года в виде поправки от Ромина Мадинова? Как уже говорилось некоторыми комментаторами, вполне – как средство решения другой проблемы: настойчивых претензий на пост президента в 2012 году со стороны, скажем так, нежелательных лиц.
Но это и все, что связывает президента с действиями ультраконсерваторов. На самом деле настолько мощное укрепление партии «Нур Отан» и превращение ее в новый центр политической силы невыгодно Нурсултану Назарбаеву. Потому что до поры партия зависит от президента и его авторитета, но придет момент – и президент сам начнет зависеть от партии.

Можно возразить, что эта зависимость ничуть не опаснее зависимости от собственного окружения, но мы же видим, что президент совершенно не зависит от окружения – разогнал одну часть элиты, фактически уничтожил своего зятя, и это никак не сказалось на его самочувствии и работоспособности.
А вот зависимость генсека от партии, вначале незаметную, а потом всеобъемлющую, мы уже проходили и хорошо знаем, чем эта история кончается. Так что в подобную ловушку по доброй воле Нурсултан Назарбаев никак угодить не мог.
Модерация и модернизация пропрезидентского партийного поля назрела давно, и решение слить все ресурсы в одну партию (а заодно и уничтожить партию «Асар», которая вскоре могла стать очень опасной) напрашивалось само собой. Кроме того, необходимо было встряхнуть и сам «Отан» (как выясняется, именно в расчете на эту гонку).
Так что в рамках подготовляемых группой президента политических реформ и нежелания Нурсултана Назарбаева упускать контроль над их внедрением на начальных этапах (формирование и функционирование мажилиса четвертого созыва – первого по новым правилам) было решено слить пропрезидентские партии в единый «Нур Отан» и пристегнуть к партии также регионы через региональных государственных руководителей. Эти же цели и задачи, только вкупе со сверхзадачей – полного контроля над партией – могли стоять и перед ультраконсервативной элитой. Для чего им партия?

Эффективный пример ДВК 2001 года наглядно показал, что бывает легче достичь желаемого не путем аппаратных интриг, а воздействием через политическое и информационное поле. По сути клановая война 2001-2002 годов могла стать отправной точкой – возможно, именно в те дни «кухонные» или «банные» разговоры министров и акимов переросли в серьезное обсуждение аспектов предполагаемого плана действий.
Этот план, по нашему мнению, включает в себя две основные цели, в продвижении к которым и осуществляется предполагаемая стратегия ультраконсерваторов по захвату партии и нужному изменению Конституции.

Цель 1: юридически и политически обеспечить возможность для Нурсултана Назарбаева оставаться президентом страны. В связи с этой поправкой от инициативной группы товарищей, возглавляемой депутатами Мадиновым и Нехорошевым, вспоминается интервью Б. Жумагулова публицисту В. Верку. Точнее, отрывок из беседы, где автор вспоминает высказывания Нурсултана Назарбаева в разговоре с зарубежным журналистом: «Как вы прокомментируете его слова, сказанные в интервью газете «Эль-Паис»: «На данный момент предложений о его (президентского срока. - В. В.) увеличении не поступало... Но этот вопрос должен обсуждаться парламентом или выноситься на референдум. Так что посмотрим». Если нет предложений, то что же тогда обсуждать?
– Любые вопросы, касающиеся конституционной реформы, а к ним относится и вопрос о сроках президентских полномочий, должны обсуждаться в парламенте или на референдуме – это требование Конституции. Но таких предложений не было... Добавить к этому ответу Нурсултана Абишевича просто нечего.
- Президент сказал, что он сторонник существующей ныне практики, когда глава государства может избираться на два срока по семь лет каждый. А вы сами как считаете, нужно ли увеличить президентский срок? Или, может быть, согласиться с Владимиром Вольфовичем Жириновским, предлагающим «вообще снять ограничения по срокам президентства»?
– У нас есть два конституционных президентских срока, президент на начальном этапе второго. Впереди еще почти шесть лет. Поэтому торопиться совершенно ни к чему. Кстати, сегодня этот вопрос никто и не поднимает...»
Через месяц депутаты, сбившись в инициативную группу, безо всяких обсуждений предложили свое решение головоломки о сроках для первого президента.
Напомним, что инициативная группа состояла в основном из нуротановцев. Каким образом мимо первого заместителя председателя этой партии могли пройти обсуждения депутатов самой инициативы, текста документа и т.д. и т.п.? Тем более что Ромин Мадинов озвучил свое желание дать Нурсултану Назарбаеву безграничное по срокам президентство еще в начале года. Видимо, тогда и началась закрытая от общества дискуссия, существование которой скрыл от журналиста и Бакытжан Жумагулов.

Цель 2: обеспечить такое положение дел в парламенте и правительстве, при котором участники «ордена» могут без особых последствий саботировать или искажать замыслы президента, угрожающие его вечному президентству. Квалифицированное большинство в парламенте, партия госчиновников, которая находится под фактическим контролем Б. Жумагулова, сторонника ультраконсервативных идей, плюс контроль над назначениями в правительстве – по сути в руках ультра скапливаются серьезные рычаги влияния. Остается только или отсечь тех, кто может повредить замыслам, или договориться с ними. Отсюда и подозрения о том, что функционеры ОСДП могли пойти на договоренности с «Нур Отаном». Почему именно ОСДП, а не «Ак жол»? Дело в том, что «Ак жол» по своему качественному составу не вписывается в стройную картину мира, которую предположительно строят ультраконсерваторы. Замирание на одной точке, без надежд на дальнейшие изменения и улучшения в сфере политики и экономики невыгодны «Ак жолу», ведь в составе партии значительное количество сравнительно молодых людей – студентов, юристов, предпринимателей, части госслужащих, не так давно начавших свою карьеру. Консервация текущего положения дел по сути перекрывает им любые пути для развития – в карьерном и финансовом смысле. А вот лидерам ОСДП именно такая заморозка – при условии, что их текущий оппозиционный статус не претерпит изменений, и от них не будет требоваться полное прекращение критики в адрес главы государства, – как раз на руку.
Они получают парламентскую трибуну, официальный статус второй политической силы в стране, остаются при поддержке протестной части населения страны, кроме того, сильный конкурент по оппозиционному полю – партия «Ак жол» – либо не попадет в парламент (и будет политически вычеркнута из дальнейшего активного развития государства), либо займет третье место, что тоже на руку ОСДП.
Таким образом, информационная кампания против «Ак жола», вопреки всякой логике ведомая ОСДП, может являться доказательством существования той части плана ультраконсерваторов, который направлен на достижение цели № 2.

В целом, первая часть плана уже исполнена – нужная поправка внесена, и глава государства вновь может быть выдвинут на пост президента в 2012 году.
Что же касается второй части плана – то здесь тоже вроде бы все идет как по маслу. Политологи хором прочат победу «Нур Отану» на выборах, однако как-то смущенно или неуверенно говорят о ее размерах, а также о возможностях ОСДП занять второе место.
Другая проблема заключается в количестве голосов, отданных за «Нур Отан». Здесь логика функционеров партии почему-то всегда хромает. Например, объясняя возможность «Нур Отана» получить более 90 процентов голосов, они упирают на 91 % голосов, полученный главой государства. При этом они не учитывают, что за 2 года с момента выборов президента случилось убийство Алтынбека Сарсенбаева, трагедия в Шымкенте, драка на Тенгизе, катастрофа в Карагандинской области, Нурбанкгейт, плавно перетекший в Рахатгейт… Если казахстанские избиратели, по мнению функционеров «Нур Отана», смогут закрыть глаза на эту цепь трагических или криминальных происшествий и вновь выдать президенту (а по сути – не ему, а партии, которая в сознании избирателя до сих пор слабо ассоциировалась именно с Нурсултаном Назарбаевым, а представлялась абстрактной «партией власти») столь высокий кредит доверия, следовательно, мы живем в какой-то неправильной стране.
Мы забыли упомянуть и еще об одном варианте, который, очевидно, рассматривался ультраконсерваторами, неуверенными в способности обеспечить разумный счет по выборам. Огромная опасность заключается в том, что акимы, которые привычно включат механизм обеспечения своей партии большинства голосов, могут переусердствовать и выдать вообще 100% за «Нур Отан». На этот случай Бакытжан Жумагулов практически весь прошлый год ссылался на Японию, Швейцарию и Сингапур в качестве примеров однопартийных государств, добившихся успеха в своем развитии. Это особо отмечалось американскими СМИ, которые, видимо, почувствовали, куда может подуть ветер «демократических реформ в центральноазиатской стране, богатой нефтью». 
Так что мы вполне можем увидеть и такой результат у «Нур Отана», который исключит вообще любую возможность появления в парламенте партии с альтернативными взглядами и убеждениями.


Начальник и зам: эстафета или соперничество?


Теперь перейдем к интересующим нас персонам этого «тайного ордена».
Бакытжан Жумагулов в 1979 году окончил факультет механики и прикладной математики КазГУ, а в 1999 году – ВШП «Адилет». Доктор технических наук, профессор, академик Инженерной академии и действительный член Нью-Йоркской академии наук, лауреат Госпремии. Работал секретарем комитета комсомола, проректором КазГУ. В 1997 году возглавил Республиканскую политическую партию труда. В 1994 и 1999 годах дважды баллотировался в парламент страны.
РППТ сгинула в недрах «Отана», а сам Б. Жумагулов на время растворился в составе бюро политсовета партии. Ну и на госслужбе, само собой. С февраля 2001 года он меняет посты первого вице-министра образования и науки, вице-министра образования и науки, заведующего отделом внутренней политики администрации президента, заведующего отделом социально-культурного развития канцелярии премьер-министра. В 2004 году началось какое-то движение и по партийной лестнице – Б. Жумагулов становится заместителем руководителя центрального аппарата партии «Отан» (хотя должность, прямо скажем, не ахти). И лишь в 2005 году он получает должность и.о. председателя «Отана». По всей видимости, к тому времени Б. Жумагулов и был выбран в качестве исполнителя замыслов ультра (и одновременно пожеланий главы государства, разочарованного слабой подготовкой партии к кампании 2004 года).
За два года была проделана огромная работа, причем поначалу абсолютно невидимая наблюдателям, по изменению существовавшей до 2005 года реальности. Вспомним, тогда было несколько альтернативных политических центров, олицетворяющих власть (государственную или крупного капитала), – партия «Асар» и блок АИСТ, помимо «Отана» (выглядевшего, объективно, на выборах 2004 года бледно даже в сравнении с невнятным АИСТом). Сегодня партия «Нур Отан» представляет собой единый центр сосредоточения политических сил власти. Акимы многих областей руководят партийными филиалами «Нур Отана». В составе партии почти миллион казахстанцев! Сравнение «Нур Отана» с КПСС неслучайно было подобрано многими комментаторами, после того как наконец в этом году трансформация партийного монстра завершилась.
Но вот что удивительно, монстр вышел на предвыборную арену и прикрылся плакатами с изображением президента, постерами с изречениями главы государства, более того, сам Нурсултан Назарбаев, вопреки законодательству не ушедший в отпуск на время предвыборного периода, агитирует за «Нур Отан», совершая поездки по регионам!
Заслуги президента – это не заслуги «Нур Отана» (партии с таким названием и не существовало до 2006 года), однако это не помешало пиарщикам соединить одно с другим. Впрочем, вскоре в игру вступил Ермухамет Ертысбаев, и информационная кампания «Нур Отана» слегка оживилась.
В связи с этим активным включением министра в информационную кампанию следует отметить столь же внезапное выключение Бакытжана Жумагулова из нее. Вспомним, что не так давно в СМИ пробегала информация, будто между Е. Ертысбаевым и Б. Жумагуловым возникли некие трения. Причем сам первый зампред «Нур Отана» в одном из интервью постарался дать понять, что никакого серьезного конфликта нет. Что наоборот заставляет нас считать, будто этот конфликт или до сих пор продолжается, или был решен, но не в пользу Б. Жумагулова.
Что же могло произойти?
Скорее всего, спор или соперничество, которое, по всей видимости, произошло между Е. Ертысбаевым и Б. Жумагуловым, касается поствыборных распределений постов. Они могли не поделить пост спикера или контроль над партией, и, по всей видимости, в выигрыше остался Ертысбаев, так как он продолжает активную информационную деятельность, в то время как Жумагулов практически пропал из поля зрения СМИ.


Заключение

Итак, мы с вами разобрались, что в последних политических событиях могли принимать участие т.н. ультраконсерваторы – чиновники и предприниматели, которые целиком зависят от политического местоположения Нурсултана Назарбаева. То есть заговор может иметь место – и есть достаточное количество фактов, свидетельствующих о влиянии некоей тайной воли на происходящие события.
Что же касается роли Жумагулова в предполагаемой операции ультраконсерваторов, то, как видим, он сделал все для превращения обычной партии в более привычное консерваторам такого типа политическое оружие – аналог КПСС, да еще какой!
Но вот на этом, похоже, его миссия завершилась. Возможно, Б. Жумагулов даже и сохранит за собой пост заместителя председателя партии, совместив его с руководством парламентской фракции, но вот пост спикера, скорее всего, уйдет к Ермухамету Ертысбаеву.
Что же касается окончательного исхода этой операции, то, вероятно, его концовка будет не сильно приятной для ультраконсерваторов. Во-первых, очевидно, что запредельного рейтинга «Нур Отану» не видать – мы полагаем, что их притязания должны ограничиться 60% голосов. Причем в отдельных регионах – Запад, Юг, Алматы – «Нур Отан» может занять и не первое место. Но это картинка в идеале, если будет исключен административный ресурс, и выборы пройдут более-менее честно.

Публикация 2

«Нур Отан»: ультраконсерваторы на марше

31.07.2007

 

Антон СОПРАНИН

Аналитическое сообщество страны до сих пор не дало внятной оценки тому факту, что Нурсултан Назарбаев отныне является не дистанционным, а прямым руководителем партии «Нур Отан». А между тем в этом новом условии политической игры есть как свои плюсы, так и минусы.

Президент нарушил свое самое главное правило – быть всегда над политической схваткой. Выступать арбитром. Сегодня получилось так, что всеказахстанский арбитр стал еще и капитаном одной из команд. И уже только это обстоятельство исключает всякую возможность честной конкурентной борьбы между партиями, которая и так была под вопросом, учитывая стремительно набранный «Нур Отаном» за последние полтора года политический вес. Судя по всему, вес показался недостаточно весомым, и политическую сборную президента усилили самим президентом.
Так вот, продолжая разговор о негативных моментах этого решения, упомянем отрицательную, прежде всего для самого президента, сторону этой медали. Она заключается в том, что Нурсултан Назарбаев сам сошел с вершины пирамиды своей власти и оказался на том же уровне, что и прочие лидеры казахстанских политических партий. Да, «Нур Отан» весомее и мощнее любой отечественной парторганизации, однако в то же время «Нур Отан» – это всего лишь одна из единиц гражданского общества, обладающая точно такими же правами и обязанностями, как, например, партия Гани Касымова. И Нурсултан Назарбаев поэтому, особенно в электоральный период, не более чем лидер одной из казахстанских партий – должность уязвимая с точки зрения общественной критики и оценки обществом его поступков и заявлений.

Кроме того, лидер партии оценивается еще и с точки зрения восприятия обществом партии, которую он возглавляет. А как выглядит сейчас «Нур Отан» в глазах избирателей, по крайней мере – алматинского электората?
В партию вступил Имангали Тасмагамбетов, любые симпатии к которому были просто-напросто уничтожены «делом врачей» в ЮКО, событиями в «Шаныраке» и самим главой государства, который на брифинге с представителями региональных СМИ заявил, что техническое усовершенствование транспортных магистралей южной столицы и улучшенное состояние алматинских дворов не являются заслугой акима города. Типа, и без него бы управились.
Партия «Нур Отан» отличается медлительностью и нерешительностью в заявлениях и репликах по остросоциальным проблемам: мы услышали лишь  слабый голос «Отана» по событиям в «Шаныраке», который к тому же прозвучал с изрядным опозданием. Мы не увидели «Отан» на стороне бастующих шахтеров в Карагандинской области. «Нур Отан» не дал никакой оценки «делу врачей» и позорному финалу судилища.
Вот эта оценка автоматически переносится и на президента, который так некстати решил обойтись без дальнейших услуг и. о. председателя партии, переложив бремя руководства на себя. Впрочем, время до дня голосования еще есть, и президент может успеть совершить еще какое-нибудь громкое разоблачение, как на прошлогодних заседаниях Совбеза, которые неизменно приносили ему рейтинговый рост.
Ну а пока что будем оценивать партию «Нур Отан», ориентируясь на ее руководителей – первого заместителя председателя партии Б. Жумагулова и самого председателя партии Н. Назарбаева.

Жумагулов Бакытжан Турсынович: факты биографии, предполагаемый стиль руководства
Родился 18 августа 1953 года в селе Капал Капальского района Талды-Курганской области.
В 1979 году закончил факультет механики и прикладной математики Казахского государственного университета им. С. М. Кирова по специальности «Прикладная математика». С 1979 по 1991 год работал в КазГУ им С. М. Кирова секретарем комитета комсомола, заместителем секретаря парткома, старшим преподавателем, доцентом кафедры прикладного анализа, проректором.
На IV съезде Республиканской политической партии труда в 1997 году был избран председателем этой партии. Под руководством Б. Жумагулова Партия труда влилась в состав Республиканской политической партии «Отан», после чего экс-руководитель «трудовиков» был избран  членом бюро политсовета «Отана».
Успехи на властном олимпе Б. Жумагулова достаточно скромны: заведующий отделом внутренней политики администрации президента, заведующий отделом социально-культурного развития канцелярии премьер-министра, первый вице-министр образования и науки.
С 2004 года – заместитель руководителя центрального аппарата «Отана», с 2005 года – заместитель председателя и, наконец, и. о. председателя партии «Отан».
Словом, человек вторых и даже третьих ролей сумел все-таки оказаться в нужном месте и в нужное время, чтобы перехватить выпавшее из рук А. Ермегияева знамя «Отана» и поднять его на новый уровень.
Через полтора года после прихода Б. Жумагулова к руководству, партия «Отан» внутренне и внешне изменилась. Учитывая низкий уровень мотивации сотрудников (сравнительно невысокая заработная плата, слабо решаемые жилищные условия и т. д.) и несопоставимую этому уровню высокую продуктивность работы персонала центрального аппарата партии, можем с определенной уверенностью сказать, что стиль руководства, применяемый Б. Жумагуловым, ближе к авторитарному. Напомню, что в прошлом год работники аппарата провели акцию по назначению-избранию областных акимов руководителями филиалов «Отана», а затем два объединительных процесса – с «Асаром» и с Гражданской и Аграрной партиями. Вообще различают три наиболее часто встречающихся стиля: авторитарный, либеральный (попустительский) и демократический. Так вот, авторитарный стиль отличает высокая производительность труда работников – на первых порах, а в дальнейшем идет постоянное ухудшение морально-психологического климата в коллективе, и работа в конце концов встает. Плохой морально-психологический климат, как правило, приводит к высокой кадровой текучке, возникновению скрытых и явных конфликтов между сотрудниками, скрытому или явному саботажу рабочего процесса. В условиях политической партии, где высоки риски информационного шпионажа, все эти негативные факторы могут сработать одновременно на выплеск закрытой информации за стены центрального аппарата партии и на раскол внутри него.

Нурсултан Назарбаев: абсолютный президент

91% голосов, отданных на выборах 2005 года за действующего президента Казахстана, стали по сути последней серьезной победой власти. Предвыборная кампания проходила на фоне траура по Заманбеку Нуркадилову. Высокий кредит доверия оказался даже выше, чем у Григория Лукашенко, а мы все помним, как отнеслись к цифрам Батьки западные державы и как прокомментировали столь умопомрачительный результат. Несмотря на то, что вроде бы особо резких замечаний в адрес кампании-2005 извне высказано не было, остался осадок от спичей по аналогичному поводу в адрес Беларуси. Могли же и про нас такое сказать. Тем более что внутри страны мало кто стеснялся.
После первичных рассадок членов правительства и администрации президента произошло убийство Алтынбека Сарсенбаева. Кое-как подготовили и провели судебный процесс, итоги которого оставили в недоумении практически всех, кто интересовался подробностями. Далее  как из рога изобилия посыпались трагедии и катастрофы: шахтеры Шахтинска, дети ЮКО, полицейские и жители «Шанырака», жилищно-земельные скандалы, праворульная проблема, Рахатгейт... Словом, между 91% в 2005 году и выборами этого года располагается весомое количество довольно негативных моментов, которые серьезно подорвали доверие народа к носителям верховной власти.
Туманно происхождение проекта поправок в Конституцию, который был презентован президентом парламенту в этом году и принят депутатами всего лишь за 18 минут – эдакий показатель горячего стремления народных избранников в новый Казахстан. Алгоритм, собственно, ясен: Госкомиссия – рабочая группа по разработке проекта – презентация. Но вот непонятно само происхождение этого документа, отдельных его норм. Вроде бы и не обсуждалось этого ни на Госкомиссии, ни на заседаниях рабочей группы. Словом, новая Конституция, словно джокер, выпрыгнула у главы государства из рукава. Но когда он ее туда положил?
Полагаем, именно эта неясность происхождения новой Конституции стала главной причиной недоверия общества к политическим реформам, усугубленного поправкой, согласно которой Нурсултан Назарбаев получил право неограниченно баллотироваться в президенты страны. Именно эта поправка и воспринимается истинной целью конституционной реформы. Причем в этом уверены не только простые избиратели, но и функционеры «Нур Отана» (к их числу относится и Ромин Мадинов, соавтор поправки), которые, видимо, так поняли смысл и назначение реформ.
Вообще, если быть справедливым, идея сделать Нурсултана Назарбаева пожизненным президентом (и тем самым законсервировать нынешнее положение вещей) исходит из той части окружения и обслуживающего персонала президента, политический вес которого зависит исключительно от пребывания в «Ак Орде» Нурсултана Назарбаева. Сегодня основная доля их сконцентрировалась в «Нур Отане» – и родила на свет эту поправку. Подорвав попутно доверие народа к политическим реформам в целом и к данным выборам в частности.

Выводы

Президент вынужден опираться на «Нур Отан» по двум причинам:
- ему в любом случае нужна опора в виде субъекта гражданского общества
- в «Нур Отане» сконцентрированы его явные сторонники, точнее, те, кто без поддержки главы государства не смогут удержаться на плаву.
Другое дело, что его истинные намерения и цели могут разниться с целями и намерениями функционеров его собственной партии. Нуротановцы, напомним, желают видеть во главе государства только Нурсултана Назарбаева и никого больше – не из соображений преданности, а по чисто шкурным мотивам. Сам же Нурсултан Назарбаев, возможно, и не планирует задерживаться во главе государства дольше некоего определенного срока.
И вот это противоречие интересов (если оно действительно имеется) в любом случае, рано или поздно, ударит по «Нур Отану».
Ну а пока что мы можем определить партию «Нур Отан» как организацию ультраконсерваторов, чья цель нам известна и оттого последующие за выборами шаги очень легко просчитываются.
Захватив «квалифицированное большинство» мест в парламенте и, возможно, делегировав спикером или руководителем фракции своего публичного представителя Бакытжана Жумагулова, ультраконсерваторы постараются сформировать правительство из своих, втянув в свою авантюру и радикалов-оппозиционеров, которым, по сути, тоже выгодна консервация режима. В этой связи очень кстати можно вспомнить, что Жармахан Туякбай, нынешний предводитель радикалов, родом из «Отана» и даже был отановским спикером в мажилисе. Польза же от консервации нынешнего состояния для оппозиционеров-радикалов очевидна: особых репрессий нет (убийства А. Сарсенбаева и З. Нуркадилова, а также судебный прессинг Б. Абилова, скорее всего, дела из совсем иной оперы, нежели псевдопротивостояние режиму), а деньги «на политику» текут исправно.
При этом реально ни партия власти, ни партия радикалов не предлагают ничего внятного. Программы и стратегии исходят от президента и рождаются они отнюдь не в центральном аппарате «Нур Отана». Радикалы же, последние пару лет ничего, кроме слоганов, не выдававшие, даже свою предвыборную программу скроили из популистских лозунгов, которые выглядят очень привлекательно, но на деле либо недостижимы, либо приведут к коллапсу экономики в стране.
Кроме того, ОСДП как-то очень рьяно производит информационный отстрел «третьих лишних», которые могут помешать не столько партии Ж. Туякбая, сколько повредить замыслам «Нур Отана» (а это как раз таки и должно быть выгодно радикалам).
Словом, «Нур Отан», и это видно, проводит свою тактику, начатую поправкой Мадинова, которая извратила весь замысел конституционной реформы. В их действиях не исключается и возможность привлечения в качестве союзника Общенациональной социал-демократической партии, которая легитимирует предвыборные достижения «Нур Отана» присутствием своих депутатов в мажилисе, а также разберется в предвыборной борьбе с конкурентами «Нур Отана». Нападки радикального оппозиционного фланга на конструктивный фланг ничем другим, кроме как выполнением ОСДП условий соглашения с «Нур Отаном», объяснить нельзя.
Итогом акции станет разделение нижней палаты парламента между членами «Нур Отана» и ОСДП, а также членами Ассамблеи народа Казахстана. На этом политические реформы завершатся, будет сформировано коалиционное ультраконсервативное правительство, которое окончательно заблокирует выполнение намеченных стратегий, подменяя действия банальной показухой.
В конце концов скрытый саботаж приведет к ответным действиям главы государства и к очередному политическому кризису.